— Ты мне нравился, — говорит она, приближаясь. — Сильно. Я не хотела тебя терять. Я собиралась рассказать тебе. Клянусь Богом, собиралась. Мне просто нужно было больше времени. Я хотела доказать, что мои чувства к тебе настоящие, и, когда я сказала бы тебе кто я, возможно, ты смог бы простить меня.
— Ты бредишь, если считаешь, что я смогу
это
простить.
— Ретт, — на ее глаза наворачиваются слезы, голос срывается, — мне очень жаль.
— Убирайся. — Я заставляю себя взглянуть на нее. — Я больше не хочу тебя видеть.
Глава 31
Айла
Не думала, что он сегодня появится — честно, не думала.
Тренер Харрис сидит во главе стола в конференц-зале «Спартанцев». Я слева. Ретт сидит дальше, где-то в центре, просверливая дыру в моем затылке. Пару раз я оглядывалась на него, и каждый раз его взгляд пронзал меня насквозь. Он не моргал. Челюсть была крепко сжата. Лишь однажды он щелкнул ручкой и сломал ее на две части.
Он ненавидит меня.
Вряд
ли тренер Харрис — самый организованный человек по части проведения собраний, потому что мы сидим здесь уже тридцать минут, а он все еще рассказывает о предстоящем сезоне и графиках тренировок. Кажется, чек он припас напоследок. Может, он забыл о нем? Или он один из тех людей, которые много говорят и теряют счет времени.
— Итак, Айла, выйдешь сюда? — спустя несколько минут тренер, наконец, подзывает меня к себе. Мое сердце пускается вскачь, внутри все переворачивается.
Тренер обнимает меня за плечи.
— Ребята, как вы помните, это сестра Брайса, Айла, — говорит он. — Она является президентом недавно созданного благотворительного Фонда имени Брайса Реннера.
Шейн улыбается и кивает мне. Приятно видеть дружеское лицо в толпе.
— Привет. — Я машу всем ребятам, но взгляд останавливаю на Ретте.
Мои глаза опухли от слез, пролитых на этой неделе. Я прикладывала к ним лед, пытаясь снять припухлость, прежде чем идти сюда, но не смогла скрыть красноту и раздражение.
Я не видела его с прошлых выходных, когда пришла к нему в квартиру. Он стоял спиной ко мне. Не двигаясь. Сначала я была в замешательстве, поэтому дала знать, что пришла, но потом увидела дыру в стене и его пронзительный болезненный взгляд.
Мое сердце замерло.
И я все поняла.
— Айла, от имени всех «Спартанцев», — говорит тренер, — мы хотели бы предоставить Фонду имени Брайса Реннера чек на тридцать тысяч долларов.
Ребята неохотно аплодируют — кроме Ретта, и я благодарю их всех,
когда беру чек из рук тренера.
— Айла, дай нам знать, если мы тебе понадобимся, в любое время. Мы к твоим услугам, — говорит тренер.
— Благодарю вас. — Я поворачиваюсь к столу, и бросаю взгляд на Ретта. Он смотрит на меня так пристально, что у меня внутри все обрывается. Я бы отдала ему все, только чтобы он смотрел на меня как раньше, до того, как возненавидел меня.
— Хорошо, на этом все.






