Мои чемоданы упакованы. Квартира пуста. Ключи лежат на кухонном столе.
Какая-то часть меня думала, что Ретту требуется время, чтобы остыть; что, по милости Божьей, это утихнет, и он найдет в себе силы выслушать меня. Но меня встретила оглушительная тишина. Его послание предельно ясно.
Это конец.
Итак, я закончила все дела Брайса, заказала билеты домой и отпустила последнюю маленькую нить надежды, за которую цеплялась.
В ожидании такси я сажусь на чемодан посредине пустой гостиной, подперев подбородок руками и в последний раз окидывая взглядом этот великолепный вид из окна.
Сказав Ретту, что ни о чем не жалею, я именно это и имела в виду. Навсегда запомню время, которое мы провели вместе. Запечатлею его в своей памяти, спрячу в крошечных уголочках своего сердца и буду бережно хранить до самой смерти.
Возможно, он никогда и не был моим. Возможно, в глубине души я знала, что всего лишь позаимствовала его. Но моему сердцу было все равно, и от этого боль ничуть не утихала.
Глава 32
Полтора года спустя…
Айла
— Готова? — Мой друг Сет стоит у порога моей спальни, пока я сижу возле своего забитого чемодана. Следующие три месяца мне предстоит много разъездов. На прошлой неделе состоялась официальная презентация «Жестокого
сердца», и издательство отправило меня в трехмесячный тур по двенадцати городам для автограф-сессии.
— Да. — Я застегиваю чемодан.
— Нам нужно идти, — торопит меня Сет. — Рейс через три часа, и мы будем ехать по 405-му шоссе, а в это время это просто безумие.
— Знаю, знаю.
Его сумка стоит у двери, ключи от машины позвякивают в руке. Я еще раз осматриваю скромную, но удобную квартиру, которую купила в прошлом году на свой аванс.
Миллионы долларов на моем банковском счете остаются нетронутыми. Я все еще не потратила ни копейки наследства Брайса, за исключением денег, которые дала маме, чтобы та могла раньше уйти на пенсию. Эта женщина работала не покладая рук, чтобы обеспечить меня, принесла в жертву все, поэтому это меньшее, что я могу для нее сделать.
Я планирую вернуть часть этих денег на счет, а часть потратить на благотворительность. На данный момент, по словам моего бухгалтера, их состояние приумножается. Он говорит, что если я не буду брать оттуда деньги, через десять лет сумма может удвоиться, а еще через десять лет удвоиться еще раз.
Одно знаю точно, я хочу, чтобы от них было много пользы, и для этого сделаю все.
Мой взгляд падает на серый бархатный диван в гостиной, где я написала сиквел к своей первой книге. Были времена, когда я почти не вставала с него, так как бурные потоки слов и эмоций из моего сознания формировались в слова на бумаге — на это меня вдохновил один человек.
— Волнуешься? — спрашивает Сет.
Я киваю, в моем животе порхают бабочки, что не к добру.






