Вечер у людей алкоголя всегда
является ночью. Но сейчас было все запущенее. Ответили мне только на раз четвертый, я услышал ненавистный мне пьяный голос и писк открытой двери. Идти далеко не надо было. Всего лишь первый этаж. Дверь уже была открыта.
Я зашёл и поморщился. Мне в нос ударила амброзия из самых ненавистных запахов: сигарет, перегара и какой-то протухшей пищи. Дед ушел в гостинную, сел в облезлое кресло и начал пить пиво прямо из банки. Квартира была небольшая двухкомнатная. В гостиной стоял плоский телевизор среднего размера, два облезлых дивана и кресло. Во второй комнате раскладной диван был завален бутылками и окурками, на столе вместе с комьютером стояли горы книг и тетрадей — все, что осталось от бабушки-учительницы.
Я прошел на кухню и бросил все пакеты в угол, рядом с прошлонедельными пустыми. Здесь царился еще тот хаос. Бутылками была завален весь пол и стол, открытая дверца под раковиной показывала наружу давно заполненное мусорное ведро, от которого невыносимо несло. Давно немытая посуда в раковине покрылась корочкой зеленой плесени. Я не понимал: почему он не ходит в магазин за нормальными продуктами, но при этом ходит покупать водку и пиво. Действительно, не понятное явление
Я поспешил поскорее выйти из этой помойки, которая когда-то звалась квартирой.
Уже в прихожей я столкнулся с дедом, который смотрел на меня мутным взглядом.
— Эй, Жека, будь добр, помой посуду, а, — услышал я хриплый и пьяный голос. Как он еще на ногах стоит?
— Ты с дубу рухнул? Просохни и сам мой. Алкаш несчастный, — грубо отозвался я и отолкнул его в сторону.
— Ах ты щенок! Мамка не воспитала, так я займусь, ублюдок, — негодующе прохрипел дед и занес кулак.
Я, хоть и не ходил никогда в боевые секци, да и раздражали меня все эти кудоисты, тхэнквондисты и другие любители боевых искусств, но боковым зрением заметил неловкий выпад и приготовился.
Все-таки пьяным лучше в драку не лезть. Себе хуже. Я схватил его правой рукой за худое запястье, затем второй рукой схватился сзади за смуглую жилистую шею. Дальше было все ясно и просто. Я, используя его энергию, с размаху припечатал деда об дверной косяк. Он лишь крякнул и осел на пол передо мной. Мне осталось только открыть дверь и брезгливо перешагнуть через него.
Ты ничтожен. Лучше бы просто умер и не отравлял нам жизнь, — сказал я напоследок и вышел из зловонной квартиры, захлопнув дверь.
На улице начался дождь. Сначала неуверено, но со временем набирая силу, он смывал собой все негативные мысли и настроение. Дождь перемен пришел вовремя. Мусор из жизни и головы был выкинут и теперь было зябко. Пожалуй, теперь он мог бы закончится. Не люблю через чур сильный и долгий ливень, после него потом не просохнешь. Но надо отдать должное, жара бы была совсем не к спеху.






