— Ты думаешь со мной можно так, да?
Захотела — ушла, передумала — пришла!
— Прекрати, что ты себе позволяешь? — возмутилась она, пытаясь вырвать руки, но лишь кривилась от боли из-за моей мёртвой хватки. — Не прикасайся, ты мне не муж уже!
Я обозлился ещё больше. Я почти сказал ей, что она останется здесь, я не приму её назад, а ребёнка отниму. Меня просто накрыла пелена ярости. Словно полоумный вцепился в её губы, даже, кажется, укусил их. Она стонала, пытаясь вырваться из моего плена, но она слишком слаба, чтобы перечить мне. Я с остервенением насыщался её губами, заполняя пустоту в душе, что только росла дырой в сердце в разлуке.
Отпустил её, еле совладав с собой. Что я творю?
Она тут же отступила на несколько шагов назад, в испуге глядя на меня.
— Ты просто чудовище, — кинула она мне в лицо, едва сдерживая слёзы. — Как я могла полюбить тебя?
Все мысли разом вылетели из головы. Ярость тут же погасла во мне. Я слышал только эти слова в голове, что она бросила мне в гневе.
Снова подлетел к ней, схватил за плечи и заставил смотреть в лицо.
— Что ты сейчас сказала? — я тяжело дышал и ждал ответа.
Мне даже казалось, что сердце просто остановилось, чтобы не перебивать своим стуком её голос. Она испугалась, что я опять её схватил, и зябко подняла плечи, в попытках освободиться.
— Не могу понять, как могла любить такого? Ты словно бес! — повторила Елена мне в лицо — Это и есть вторая причина, по которой я хотела… Уже неважно.
Последние слова она сказала почти шёпотом сквозь слёзы. Я молча продолжал сжимать её плечи и смотреть в чёрную гладь глаз. Краски с лица схлынули. Господи… Что я натворил опять? Но откуда я мог знать, что на самом деле у неё на сердце?
Я был уверен, что она не любит меня, и только хотела воспользоваться моей слабостью к ней, чтобы я не разлучал мать с ребёнком. Мои руки ослабли и упали. Идиот. Я просто идиот; Нет мне оправданий.
— Прости меня, — прижал я её к себе. — Знаю, глупо звучит, — шептал я ей, еле выдавливая слова, настолько меня захлестнули эмоции. — Почему ты не сказала, что…любишь? Всё было бы иначе. Я бы больше не позволил себе подобного, если бы я знал.
— Я сама не знала, — растерянно ответила она. — Я поняла это только в разлуке. Спустя пару дней стала тосковать. Мне плохо без тебя.
Я медленно рухнул на колени перед ней, смотря снизу ей в лицо.
— Виктор, встань с пола! Что ты делаешь? — широко распахнула она глаза, взирая в недоумении сверху.
— Нет, — твёрдо сказал ей. — Я буду просить прощения только так. И пока не простишь — не встану. Вот буду неделю так стоять, пока не упаду без сил.
Много говорить я просто не мог. В горле першило от нервов. Взял её маленькие ладошки в свои руки и стал целовать.
— Прости меня, прости… Я идиот, дурак, нет мне прощения, но сжалься, — снова поднял глаза на неё.






