Он даже потерял счет времени, наслаждаясь полузабытым ощущением того, что она рядом.
Когда Марисса отстранилась, Максвелл с трудом сдержался, чтобы не помешать ей.
— Ты прости, но мне нужно идти, — вздохнула девушка. — Позвони мне вечером. Поужинаем, и ты все мне подробно расскажешь.
ГЛАВА 39
Проводив такси задумчивым взглядом, Элейн поймала себя на мысли, что не знает, что ей делать дальше. Не в данный момент, даже не в ближайшие дни, а — в общем и целом — в глобальном смысле. В ее жизни не осталось никакого смысла. Она все так же вставала по утрам, варила кофе, шла на работу, но не понимала, зачем делает это. Раньше она жила для Реймонда, а теперь…
Нашарив в сумочке ключи, Элейн открыла дверь и вошла в подъезд. Поднимаясь на второй этаж, она уловила едва различимый тонкий аромат мужского одеколона. Знакомый, но не тот, который ей хотелось бы чувствовать. Оказавшись на площадке перед своей квартирой, женщина увидела, что возле ее двери кто-то сидел. Сложив локти на согнутые в коленях ноги, этот Кто-то опустил голову на руки. Рядом стояла небольшая спортивная сумка. Тяжело вздохнув, Элейн оперлась на железные перила, выкрашенные в черный цвет. Странно, но последнее время они все чаще напоминали ей оградку могилы. Оградку, что опоясывала могильный холм ее жизни, сдавливала ее по ночам, не давая душе вырваться на свободу. Глядя на нежданного гостя, теперь уже бывшая любовница Кларка-младшего знала, кто к ней пожаловал. Последние
несколько месяцев Зак Брайсон ходил сюда как на работу. В какой-то степени, это держало Элейн в тонусе, потому что она так и не перестала бояться этого человека, не смотря на то, что друг Мариссы Харпер оказался не таким уж и плохим. Визиты Брайсона вносили хоть какое-то разнообразие в однообразную, лишенную красок жизнь Элейн. Вот и сейчас он появился в самый нужный момент.
Словно чувствуя взгляд ее светло-синих глаз, Зак поднял голову. Его шоколадно-карий взгляд потеплел, губы дрогнули в улыбке.
— Привет…
Ничего не ответив, Элейн достала ключи и отперла дверь. Прежде чем переступить порог, она бросила через плечо одно единственное слово.
— Уходи, — и замок, словно выстрел, щелкнул в тишине.
Солнце уже почти село, когда Элейн вошла в ванную комнату. Женщина вздрогнула, стоило ей посмотреть на блестяще-белую ванну, где все еще отчаянно билась, захлебываясь, какая-то часть Элейн. Вздрогнув, она закрыла глаза, снова переживая те моменты. Так и не заставив себя помыться, Элейн вернулась в прихожую. Последнее время она все чаще думала о том, что ей следует поменять место жительства. В этой квартире произошло все самое хорошее, что было в ее жизни, но здесь же случились и самые страшные вещи. Потеря ребенка, гнев Зака…
— Черт! — выругалась Элейн, при мысли о Брайсоне.






