ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Она родилась поцелованной солнцем, но не Богом, вся её жизнь — борьба, а главный враг — она сама. Демоны прошлого не желают отпускать, раз за разом заставляя переживать то, что так сильно хочется забыть. Казалось бы — влюбилась, но в того ли? Что это: подарок судьбы или очередная проверка на прочность? И построишь ли свое счастье на обломках чужого? *** На реальных событиях. Откровенно. Не ваниль! Сложная судьба и жизненная драма. Роман написан в разном времени, будут главы — отсылки в прошлое, в частности — школьные годы.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ещё раз здравствуйте. Я та, кого вы презираете.

Я — любовница вашего мужа.

Начну с небольшой предыстории.

Я

родилась в 1981 году, в городе Н., в самой обычной советской семье. Тут мне нечем вас шокировать, простите, никаких травм детства: отец не буянил, не пил и не уходил в загулы, меня никто не растлевал и не использовал мой труд. Я росла в ауре любви и покоя. В меру строгая мама, добродушный папа, заботливая бабушка, брат-оболтус. Я очень хорошо училась, и не доставляла родным абсолютно никаких проблем. Идеальная дочь, внучка, сестра. Тихая, послушная, крайне зажатая отличница. Но, идя в школу, я ежедневно переживала свою личную трагедию — одноклассники меня не то что не любили — меня презирали. Обзывали и обижали. За мой ум, за скромность, за страшный пиджак и юбку ниже колен, за неумение дать сдачи. И за мою внешность. Мне "повезло" родиться рыжей. Мелкие, как у афроамериканки, завитушки, рыжие брови, блеклые ресницы. И веснушки. Адовое количество конопушек, особенно с приходом весны они как с цепи срывались, настоящее буйство! В переходном возрасте они стали покрывать не только моё лицо, но и шею, руки, плечи, грудь… Я ненавидела себя за это, ненавидела отца, подарившего мне эту "солнечную радость" и брата, который нисколько не комплексуя, залихватски зачесывал свой рыжий чуб в причудливый трамплин. Я не была откровенно некрасивой, но я была рыжей, и это было моё самое главное пубертатное горе.

К девятому классу я обзавелась двумя подружками — Ирой и Галей, тоже серыми и неприметными, мечтой — уехать из Н., и своей первой великой любовью — Кириллом Мамоновым. Он сыграл большую роль в моей жизни, жаль, что трагическую.

К нему мы ещё обязательно вернёмся. Позже.

Часть 2

Санкт-Петербург, 2012 год, ноябрь.

Конец ноября. Самый позорный месяц в году. Еще не зима, но уже не осень. Уже не любимое легкое пальто, но еще не шуба… Лёд тонкой корочкой покрыл замерзшие лужи, она ещё не совсем прочная, и неаккуратно наступив — хрум! — нога увязла в ледяной жиже.

— Твою же ты мать! — выругалась я, извлекая новый сапог из недр

грязной воды.

Чудесная красная замша потемнела, приобретя неряшливый вид. Marc Jacobs. Шестнадцать тысяч рублей с пятнадцатипроцентной скидкой. Прекрасное утро.

Я шла по проспекту, сжимая в кармане замерзшими пальцами пачку сигарет. Поскорее бы добраться до конторы, и совершить первую за утро живительную затяжку, ведь благодаря тому, что проспала, покурить я так и не успела. А ведь утренняя сигарета это целый ритуал — чашка крепкого кофе, Парламент и что-нибудь из ретро, тихо льющееся из динамиков. Вновь покосилась на сапог. День ещё не начался, но уже все наперекосяк. Мелкая морось, хмурые лица, поникшие плечи прохожих. Да, Питер волшебный город, но не в ноябре и не этим утром.