Мы садимся и последующие полчаса ужинаем и обмениваемся дежурными фразами типа “вам нравится здесь?”, “а как Каламбака?”. Я стараюсь отвечать уверенно, но понимаю, что заведомо
проигрываю, потому что мне нравится далеко не все. А еще я осознаю, что эти люди влюблены в город, а я не могу разделить их радости. Именно поэтому, когда они начинают оживленно спорить, я просто утыкаюсь в тарелку и ковыряю вилкой кусочек рыбы, делая вид, что чищу ее от косточки.
— Мам, мы выйдем, хорошо? — Алекс встает, берет меня за руку и выводит на веранду, где я наконец-то избавляюсь от взглядов его родителей и могу расслабиться.
— Сложно, да? — Алекс обнимает меня за плечи и жмет к себе, прекрасно понимая мое состояние.
— Не то, чтобы… просто я не привыкла знакомиться с родителями парней, — откровенничаю, хотя знаю, что говорю очевидные вещи.
— Это же хорошо?
— Ты меня спрашиваешь?
— Я мог бы подтвердить, но ты ведь найдешь к чему придраться.
Я улыбаюсь и расслабляюсь. Понемногу меня отпускает, и я уже готова к новому раунду под названием “понравится родителям парня”. Но Алекс меня перебивает:
— Тебя уже приняли, — спокойно говорит он, а я вскидываю брови и спрашиваю:
— Правда?
— Ага, — он кивает, — они редко говорят о Каламбаке с таким придыханием при посторонних. Боятся, что сюда приедет больше народа, — Алекс говорит серьезно, смотря куда-то вдаль на вечерний район, а я даже ему верю. До тех пор, пока он не начинает смеяться.
— Ты издеваешься? Я, между прочим, переживаю! — говорю и тыкаю его кулачком в плечо.
— Не переживай, малышка. Я пошутил, но ты и вправду им понравилась. И не нервничай так. За то, что ты не любишь монастыри и природу, тебя не сожгут на инквизиторском костре, — он снова шутит, а я отмахиваюсь.
— Да ну тебя! Я
просто ценитель моря и пляжа, — оправдываюсь, но ему это и не нужно. — Ты, между прочим, тоже… у тебя же свое дело, да? А ты работаешь спасателем. Любишь море? — я улыбаюсь, но когда вижу, как он меняется в лице, замолкаю, хотя и не понимаю, что сказала не так. Алекс некоторое время молчит, а потом выдает:
— Я пошел в спасатели не из-за любви к морю.
Глава 48
Вроде достаточно времени прошло, но чиркает прямо по нутру. Болезненно, остро.
Я хмурюсь и опускаю взгляд, словно под ногами можно найти верную подсказку, как подобрать слова. Алла чувствует меня и тесно обнимает за талию, сминая легкую ткань футболки. Она запрокидывает голову, утыкаясь подбородком мне в грудь, и смотрит с лаской.
— Мы дружили… Жили на соседних улицах и часто пересекались, — я впервые кому-то рассказываю эту историю и сам до конца не осознаю, что делаю это, но она так смотрит внимательно и с нежностью, что слова сами рождаются и просятся наружу. — Это еще в другом городе произошло, но тоже в Греции.






