Вы могли бы проводить репетиции в подвале…
— О чем ты говоришь? У меня даже друзей нет!
— Отличный повод завести их, — он обнадеживающе улыбнулся, а мне захотелось больше всего на свете ударить его. И хоть это было чертовски неправильно, но я не жалел об этом желании.
Я наконец-то остановился. Снова сел на стул, спрятав лицо в ладонях и выпустив тяжелый вздох. Почему же ему так трудно понять?
— Если бы здесь был хоть один нормальный человек, у меня не было бы с этим проблем.
— Так, ты считаешь, что ни один человек не достоин дружбы с тобой? — отец резко спохватился на ноги. Надолго его терпения не хватило. Конечно, разве могли мы хоть раз обойтись без ссоры? — Думаешь, ты лучше остальных?!
— Я не это имею в виду, — попытка объяснить ему что-либо снова проваливалась с треском. — Я просто…
— Ты создашь чёртову группу, напишешь чёртов рассказ или сделаешь хоть что-то полезное за это лето, ты понял меня? — я поднял голову вверх только чтобы посмотреть не шла ли у него пена изо рта из бешенства, которым намеревался закончиться наш очередной разговор.
— А
то что? — с вызовом спросил я, наклонив голову набок. Наглая ухмылка явно была лишней, но я не смог не удержаться, глядя на рассерженное лицо отца. Он схватил меня за копну волос, заставив зашипеть от боли, и поднял меня, чтобы я оставался на уровне его глаз.
— Иначе тебе в этом доме не жить. По окончанию школы так точно, — мужчина брызгал слюной мне в лицо, что было не так уж и приятно, но я старался держать язык за зубами на этот счет. — Мне всё-равно пойдешь ли ты в колледж или будешь работать, но ноги твоей здесь больше не будет.
— Значит, у меня для этого есть ещё два года? — мой голос явно не звучал виновато или напугано, но меня от следующего рывка злости отца спасла мама, что без стука вошла в комнату, прервав нашу милую беседу.
— Руперт! — вскрикнула она, заставив отца отпрянуть в сторону. Мама смотрела на него испепеляющим взглядом, что заставил его отпустить мои волосы, ещё и аккуратно пригладить. Я и без того знал, что мужчина не посмеет поднять на меня руку, потому что он никогда этого не делал, воздерживаясь от желания (ведь, по правде говоря, я бы и сам себя ударил за подобное), но его дальнейшие угрозы явно бы ни к чему хорошему не привили. — Фред, у тебя гостья, — мама мягко улыбнулась, обратившись ко мне. Мы с отцом переглянулись, явно удивлены этой новости, но всё же я рванул вперед.
Внутри меня за считанные секунды успело зародиться убеждение, будто это была Джо. Я почти был уверен в этом. После нашей последней встречи прошло два дня, и я слонялся вечерами по улице, как придурок, но её так ни разу и не встретил. Она сказала, чтобы я привыкал к ней или, по крайней мере, подобное мне послышалось, поэтому я терпеливо ждал и искал её без особого успеха.






