Когда в лесу стало темнеть, и снег превратился в ледяную корку, во мне зародилось новое опасение. Было уже и так морозно, а температура начнёт стремительно падать, как только стемнеет. Сара не была одета для такой погоды, и её Мори не сможет регулировать температуру тела, сохраняя её в тепле. Если она не сможет найти адекватное убежище, она может умереть раньше, чем я отыщу её.
Поиски шли уже больше часа, когда я уловил запах крови поблизости. Внутри ёкнуло, когда я свернул влево на запах крови, и приготовил себя к худшему сценарию. Но это оказались лишь останки какого-то маленького животного — лисицы, судя по клокам рыжей шерсти на окровавленном снегу.
Услышав впереди шум воды, я остановился и воскресил в памяти карту местности. В этой зоне протекала большая река, вдоль берега тянулось несколько звериных троп. Если виверн жил в нескольких милях отсюда, он мог спускаться сюда на охоту. Я посмотрел на окровавленный участок снега и рванул в сторону реки.
Я выскочил из леса близ кипучей реки и начал подниматься вверх по течению. Через несколько минут я почувствовал прилив радостного возбуждения, когда вышел на участок притоптанного снега у основания большого валуна. Отпечатки обуви были слишком маленькими, чтобы принадлежать мужчине, они вели прочь от валуна вверх по течению. Это была Сара. Должна была быть Сара.
Обрушился сильный ледяной дождь, побудив меня двигаться быстрее. Если Сара шла пешком, она не могла быть слишком сильно ранена, но она не продержится долго в такую погоду. Даже мой Мори усиленно работал, чтобы обогреть меня вопреки леденящему натиску.
Сквозь шум дождя и рокот реки я услышал, как
мне показалось, рычание. Я посчитал, что мой слух играет в злую шутку со мной, пока не всмотрелся в темноту и не увидел фигуру, кружившую в воздухе, в четверть мили вверх по реке.
Спустя десять шагов я ощутил едва уловимое касание к своему разуму.
Я помчался по пересечённой местности, её присутствие становилось всё сильнее и сильнее. Я достиг почти излучины реки, когда ветер донёс до меня моё имя.
Сердце бешено заколотилось. Она знала, что я рядом.
Я обогнул изгиб реки, и всё внутри оборвалось, стоило мне увидеть её, лежавшей вниз лицом в снегу, в менее чем в сотни ярдов от крошечной хижины.
— Сара! — заорал я, упав на колени рядом с ней.
— Сара, очнись, — приказал я, проверяя её дыхание и пульс. Показатели были слабыми, но она была жива.
— Оставайся со мной.
Её рот приоткрылся, и она промямлила что-то, что напоминало моё имя.
— Сара, о, Боже.
Я прижал её к себе. Над нами зарычал виверн, кружа в небе, словно оберегал её. Похоже, он почувствовал, что я не представляю для неё угрозы, поэтому и не атаковал меня.
— Ты ранена? — спросил я. Когда она не ответила, я нежно встряхнул её: — Сара, говори со мной.






