Азазель возглавил их гибельное падение, Азазелю было предсказано соединиться с Лилит и править адом вместе с ней.
Конечно, те же самые источники отождествляли Падшего с мифическим Сатаной, силой зла, столь же могущественной, как и Бог. В бесконечном опыте Азазеля единственным существом, которое подходило близко к этому описанию, был Уриэль, единственный оставшийся
Архангел.
— Ты знаешь, где она, — невозмутимо ответил Разиэль.
— Ей не место в Шеоле. Она — демон.
Не прозвучало ли в его голосе нотки отчаяния? Нет, он просто казался упрямым.
— Я знаю, что ей тут не место. Я знаю пророчества. Если ты не приведёшь её сюда, ты можешь забрать её в Тёмный Город и найти Нарушителей Правды. Если есть ответы, которые можно найти, то именно они смогут это сделать.
Он замер. Давным-давно ему едва удалось пережить время, проведённое с жестокими Нарушителями Правды. И он был намного сильнее, чем тело, которое забрала Лилит.
— Почему я? Михаил мог бы... — он умолк.
Михаил обладал грубой силой, был непревзойдённым воином. Он уничтожит её, случайно или намеренно.
Это решило бы его проблему, но не приблизит их к Люциферу. Он ломал голову, не найдётся ли среди Падших ещё кто-нибудь, кто мог бы взять на себя эту задачу и избавиться от демона, как только информация будет у них. Но не было никого подходящего. Сильные убьют её, а нежные окажутся в опасности, как только она вновь обретёт свою истинную сущность. Он был единственным, кто знал достаточно, чтобы сдержать её, не убивая. По крайней мере, до того, как она перестанет быть полезной.
Если её приведут в святилище Шеола, возможно, он не сможет помешать пророчествам сбыться. Как бы ни была сильна его решимость не стать жертвой суккуба, как только она пробьёт стену, её уже ничто не остановит. Он не был уверен, что она всё забыла, но даже если и забыла, рано или поздно всё это вернётся к ней. Пророчества имели порочную привычку сбываться, особенно самые дурные.
Хотя, если они
будут править в вечных муках ада, любимом месте Уриэля, то он может принять это. Принять боль как альтернативу холодной пустоте, заполнившей его. Лучше чувствовать мучения, чем вообще ничего. Наверное.
— Отведи её в Тёмный Город, — сказал Разиэль, уже зная, что он сдастся. — Если ты найдёшь то, что нам нужно, ты всегда можешь оставить её там. Ей понадобятся столетия, чтобы сбежать.
Азазель не шевельнулся. Приближался прилив, и поднялся ветер, волнуя поверхность воды и неся барашки. Надвигалась гроза. Он полетит, подгоняемый ветром.
Глава 5
Я ЗАСТЕГНУЛА МОЛНИЮ НА СПОРТИВНОЙ СУМКЕ и бросила её на пол, стараясь не обращать внимания на тьму, затаившуюся на задворках моего сознания. Я посмотрела в окно на реку Брисбен. День был ясный, солнечный свет отражался от воды, а в открытое окно дул сильный бриз.






