ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Демон, Автор - Дуглас Кристина, , Жанр - Любовно-фантастические романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Демон Дуглас Кристина Демон, Автор - Дуглас Кристина, , Жанр - Любовно-фантастические романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Переводчик: _Kirochka_ Редактор: svetik99 Вычитка: Marina_lovat Пролог — Твоя спальня в конце коридора, — напомнил он ей. Ему нужно было, чтобы она ушла. Её запах сводил с ума, создавал иллюзии, завораживал. Она прошла в гостиную, села и посмотрела на него своими тёплыми карими глазами. — Я хочу знать, что имел в виду Белох. Какого рода испытание он ожидает, что ты пройдёшь? Он знал, чего хотел Белох. Он должен был трахнуть её, а потом доказать, что может уйти от неё, отдать её на сокрушительное растерзание Разрушителям Правды, а затем отпраздновать уничтожение ещё одного демона. Он посмотрел на неё, и его тело всколыхнулось. Он презирал её — впрочем, как и себя. Он мог бы сказать себе, что всему виной её хитрость, влияние, и именно они влияли на него. Но он не пребывал во сне, его не накачали наркотиками. И он не собирался этого делать. Не сегодня, когда потребность вибрировала в его теле, и он хотел прижать её к стене и овладеть ею. К завтрашнему дню он снова возьмёт себя в руки. — Иди спать, — хрипло сказал он. — Или пожалеешь об этом. Она просто вскинула бровь, глупое создание. Было неразумно недооценивать его. Он мог выжать из неё жизнь в одно мгновение, покончить с нею,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Моё сердце заколотилось от воспоминания о страхе, и я неторопливо задышала, желая успокоиться. Я лежала на кровати, и меня накрыло ощущение дежавю. Всё это уже раньше случалось. Где был Азазель?

Я снова открыла неспешно глаза, затем села и осмотрелась. Я была в спальне: огромной, изысканной, с высокими потолками, массивной старой мебелью и, судя по всему, мраморным полом. Я не могла определить наверняка, потому

что комната была лишена цвета. Всё было странного оттенка сепия, словно старинная фотография. Я посмотрела на своё тело и выдохнула с облегчением. Оттенков на мне было полным полно, мои джинсы были того же поблекшего цвета индиго, как и в тот день, когда я их надела, мои кеды были замызганного белого оттенка, кожа на руках была слегка загоревшей. Какое-то странное воспоминание заставило меня потянуться к своим волосам. Они были такими же, длинными и густыми и, подхватив прядь, я посмотрела на неё. Тот же самый рыжий цвет, к которому я уже стала привыкать.

Я погладила покрывало подо мной. Оно было плотным и бархатным, невзирая на его серовато-коричневый вид. У кого-то очень странное чувство декора, раз уж всё было выбрано в таких бесцветных тонах. Даже мрамор. Я соскользнула с высокой кровати, и пол под моими ногами был твёрдым. Бывал ли мрамор коричневым, или они покрасили его?

Но я понимала, что краска была чересчур простым ответом. Я знала, что увижу,

когда открою дверь, когда распахну тяжёлые бежевые шторы и открою высокие окна. У меня было предчувствие, что всё станет белоснежно белым.

Я повернула ручку, понадеявшись, что некого рода Волшебник страны Оз повлиял на цвета Волшебной Страны за дверью. Вместо этого, я обнаружила там комнату в таких же тонах сепия. Азазеля нигде не было видно, и я невольно вздохнула с облегчением. Здесь также были высокие окна, плотно закрытые тяжёлыми шторами, и я не хотела подходить к ним и выглядывать на улицу. Но я сделана из другого теста, и если я была здесь, я вполне могла знать с чем мне предстоит столкнуться. Я пересекла комнату и распахнула шторы, но как вкопанная замерла на месте, в изумлении таращась на город.

Я понятия не имела, где находилась — город чем-то напоминал нечто среднее между Нью-Йорком 1930 годов и Лондоном 1890 года, смешавшись с ранними понятиями немецкого режиссёра о мрачном будущем. И всё было в таком же монохромном контрасте. Некий серовато-коричневый, как в старых фильмах. Я выставила перед собой руку, перед городским пейзажем. По-прежнему кожа была нормальной, буйство цвета по сравнению с тёмными, сумрачными линиями странного места.

Я вернула штору на место, отвернулась и вскрикнула. В комнате стоял Азазель и внимательно за мной наблюдал.

Ну, хоть он тоже был в цвете, или точнее насколько он мог быть в цвете.