Если бы какая-нибудь другая цыпочка проделала это, то ее бы выпнули в противоположную часть комнаты. Мне были чужды навязчивость, чувствительность или эмоциональность. Но я хотел Кали.
Откинув несколько прядей светлых волос с ее лица, обхватил девчонку за затылок и притянул к себе, прижимая рот к ее губам. Она положила изящные руки мне на грудь и вздохнула, приоткрыв мягкие губки и обвив своим язычком мой.
Мне нравился ее запах, потому что она пахла мной, словно была моей.
Чувствуя себя проклятым неандертальцем, прокручивая это слово в голове.
Мой член был постоянно возбужден с тех пор, как встретил ее. Е*ля никогда не была обязательным пунктом в списке моих дел, а сейчас оказалась во главе.
Кали была распутной шлюшкой, а я был более чем счастлив дать ей то, что нужно. Все в этой женщине приводило меня к еще большему безумию, чем было ранее.
– Когда вы двое закончите еб*ться в рот, чили будет готов, - протянул Кобра.
– Разбужу соплячку, - вызвался Гримм, оценивающе взглянул на Кали и отвернувшись.
– Тебе нужно поесть.
Отрываясь от нее, взял миску из рук Кобры и подтолкнул к столу. Кали посмотрела на баранью голову в середине, но никак не прокомментировала.
– Мог бы сделать это помягче, говнюк, - рявкнула Арлен, когда села рядом с Кали и посмотрела на Гримма, который удерживал за плечо.
Он одарил ее редкой улыбкой и поставил напротив еще одну миску.
– Это реально очень вкусно, - восторгалась Кали, облизывая ложку и визуализируя всевозможные мои фантазии.
– Комплименты шеф-повару, который, к тому же, оказался весьма крутым рыжеволосым чуваком.
Кобра
ухмыльнулся, а Кали улыбнулась в ответ.
Потянувшись в задний карман, вытащил выцветшую фотографию, которая была согнута и помята от того, сколько раз складывал и разворачивал ее.
Было бы идеально, оставаться похороненным в киске Кали весь день и есть чили ночь напролет, но это оказалось нереально. Оставалось еще много всякого дерьма, а часики продолжали тикать.
Как только она съела последний кусочек, положил перед ней фотографию.
– Сколько из этих людей ты помнишь?
Реакция была мгновенной. Всплеск эмоций озарил ее лицо, и мне была знакома каждая из них, начиная с гнева, стыда и омерзения, прежде чем боль скрылась за маской безразличия.
– Всех, - ответила девушка ровным тоном.
– Кто из них обидел тебя?
– вмешался Гримм, задавая вопрос, который я никогда не планировал, но намеревался задать.
Взгляд голубых глаз метался по комнате. До того, как ее накроет очередная вспышка воспоминаний, как это произошло в игровой комнате, я сосредоточил ее внимание исключительно на себе.
Схватив за челюсть, повернул ее лицом к себе, блокируя
всех остальных наблюдателей.
– Кто это был?
– Все они, - прошептала она.
***
Калиста
После ответа, отказалась смотреть ему в глаза.






