Конечно, он понял, почему
я так поступила.
— Есть немного, — согласила я. — Как все прошло? Кстати, тебя показывали в новостях.
В том репортаже Джек не был в той своей убийственной форме капитана, как в тот раз, когда я встретила его в аэропорту Туниса. На нем был какой-то простой комбинезон защитных цветов, но даже эта бесформенная тряпка смотрелась на нем так, что ее моментально хотелось с него сорвать. Я мигом приревновала его к каждой женщине от шестандцати до шестидесяти, что сейчас смотрели этот же репортаж.
— Было сложно, но мы справились. И после мне предложили работу, крошка… Сказали, что горящим лесам и задохнувшимся птицам плевать, сидел ты или нет, для них главное — можешь ты им помочь или нет.
Я закусила губу, чтобы не расплакаться, хотя и не переставала улыбаться.
— Я так за тебя рада, — обняла я его.
— Я люблю тебя, Элен.
Он поцеловал меня в губы, а потом сказал:
— Знаю, что благодаря моим стараниям ты частенько парила в небесах от удовольствия, — хмыкнул он, — как и я, впрочем, благодаря тебе, но у меня всегда была одна мечта, Элен… Я считал ее несбывшейся, но только теперь у нее появился шанс. Я давно хотел показать тебе настоящий полет. Хотел, чтобы ты увидела собственными глазами, как выглядит этот мир с высоты птичьего полета.
Я аж поднялась на локтях.
— А это возможно? У тебя не будет проблем из-за этого?
— Ну, если я пообещаю ребятам, что мы не станем заниматься сексом на борту, то наверное не будет, — он расхохотался, а я врезала ему по плечу, а потом зашипела, опасаясь, что громкие звуки разбудят Джеймса. — Прости-прости, забылся. Так что скажешь? Ты не боишься
высоты, я надеюсь?
— Не знаю. Я никогда не забиралась настолько высоко, чтобы это проверить.
Он поцеловал меня в лоб и довольно кивнул.
— Тогда договорились. А пока я тоже в душ.
Я устроилась поудобней, закрыла глаза и почти уснула под шум льющейся воды, но, разумеется, именно в этот момент Джеймс решил, что он выспался и ему пора обедать.
Привычно взялась его кормить, снова устроившись обратно в кровати, надеясь, что все-таки засну, но тогда же из душа вернулся Джек. Он споткнулся на пороге и замер, придерживая полотенце на бедрах.
— А ты везучий парень, Джеймс, — с завистью протянул он.
За что и получил от меня подушкой.
Вырваться аж на целый день, чтобы смотаться в Йоркшир и полетать вместе с Джеком, я смогла далеко не сразу. Джеймс оказался еще большим эгоистом, чем его отец.
— А чего ты ждала? — пожимал плечами Джек. — Он чувствует, что скоро лишится вот этого все, — он показывал на мою налившуюся от молока грудь. — Я, например, очень хорошо понимаю, почему он не хочет довольствоваться бутылочками.
В конце августа мы посадили на самолет Замиру и проводили ее обратно в Квебек. Начинался учебный год.






