Они сказали, что отрежут ей палец, если она не скажет того, что ей приказали. Но, честно говоря, она сомневалась, что они и так его не отрежут.
Это во-первых.
А во-вторых…
Перед ней стоял выбор: согласиться умереть ради миллионов совершенно незнакомых людей или сохранить свою жизнь.
Милена не годилась на роль героини. Она бы выбрала себя в подобной дилемме, НО. Дело не просто в смерти миллионов.
Начнётся бойня. Третья мировая война. Хаос. Страдания. Голод.
Вот на это она не готова была смотреть каждый день. На протяжении десятилетий.
Поэтому просто молчала.
Не умоляла спасти её.
И не кричала отважно в камеру, чтобы Он не слушал террористов. Как наверняка сделала бы молодая чистая наивная девственница из женских романов, готовая на великое самопожертвование. По-настоящему достойная любви.
«Пусть так», - подумала Милена, выпрямляясь. Готовая к боли. Отчаянно надеявшаяся, что сможет не закричать.
Зря.
*
У Сафронова с Максом появились зацепки, теории и предположения о местонахождении Золотка, на основании отражений в её глазных яблоках.
На видео Мили сидела на фоне кирпичной стены, а вот напротив неё был мудак с камерой и окно…
До установленного шантажистами срока оставалось четыре минуты.
Астахов должен был позвонить, если они найдут её.
Никто не звонил.
«Три минуты тридцать шесть секунд», - отметил
про себя Влад, глядя на лежащий перед ним незаблокированный телефон.
Почему он не звонил? Почему?!
Медведь поднялся. Постоял ещё с минуту, тяжело опираясь о президентский стол. Взял телефон в руку. Оттолкнулся. Сделал один шаг к стене. Глянул на часы. Второй. Всё ещё никто не позвонил. Третий. Нажал на потайную кнопку.
Идиотская картина, которая никогда ему не нравилась, отъехала в сторону, открывая углубление с кодовой панелью. Диктатор ещё раз взглянул на телефон. Ввёл пароль и, уперев обе руки по бокам монитора с тринадцатью красными кнопками, повесил голову, прикрывая на миг глаза. Сглатывая. Пытаясь унять дрожь во всём теле…
*
Макс с Мили бежали со всех ног.
– Свяжитесь с президентом! – кричал бывший начальник службы безопасности охране Кремля на бегу. – Скажите, что Царица у меня! В безопасности!
Вся радио и сотовая связь в столице накрылась. Гринписовцы оказались довольно продвинутыми террористами, располагавшими серьёзной техникой.
Милена не верила, что Влад нажмёт злосчастные красные кнопки. Возможно, и Макс не верил, но рисковать никто из них не хотел.
Они ворвались в кабинет диктатора, застав его у панели с поникшей
головой, тяжело облокотившегося о стену руками.
– Влад! – закричала Милена, бросившись к нему, чтобы оттянуть от панели. – Неужели ты бы нажал? Неужели…? – не могла поверить она, заглядывая в измождённые серебряные глаза.
Президент, отчаянно прижал её к своей груди и не мог вымолвить ни слова.






