Но его ещё никто и не доводил до такого состояния, чтобы он полностью потерял над собой контроль.
– Узнать, почему она решила сбежать, - резко бросил диктатор в трубку и отключился.
Глава 17. Чувство вины
- Господин президент, - тряс его кто-то за плечо, пытаясь разбудить. – Господин президент.
– Ангелина, какого чёрта? – потребовал он ответа, узнав голос.
– 7.00, господин президент, - деловито сообщила личная помощница который час, проигнорировав настроение шефа.
Полученная информация с трудом проникала в спящее сознание президента.
Влад накрыл лицо ладонями и сквозь пальцы бросил мутный от недосыпа взгляд на будильник.
– Твою мать, - простонал диктатор.
Проспал. Такое с ним случалось крайне редко. И не важно, что поспать удалось всего пару часов из-за ночной бессонницы, вызванной одной крайне непредсказуемой особой.
Ангелина выпрямилась и отступила, когда убедилась, что диктатор медленно, но верно выпутывается из сетей Морфея.
Он сел, всё ещё потирая лицо и ероша волосы спросонья.
– В зале вас ожидает тренер, - заговорила она, пытаясь помочь процессу пробуждения, заставляя мозг сильного волевого мужчины работать.
– Какой тренер? – поднял он на неё удивлённый заспанный взгляд.
– Фитнес-тренер, - невозмутимо отчеканила помощница. – Которого вы приказали разыскать вчера.
– Ах, да…
Сегодня эта идея не казалась ему такой хорошей.
Она
и вчера не казалась хорошей. Он просто действовал, сам не понимая чем руководствуясь.
Чтобы она смотрела на него так же, как на его охрану в Праге, - подсказало что-то.
«Твою мать…», - выругался Медведь, чувствуя, как опять начинает выходить из себя.
Всё-таки изматывающая тренировка – это то, что ему сейчас нужно.
Не смущаясь своей наготы, президент направился в душ.
Ангелина привычно отвела взгляд.
Когда-то давно он пытался затащить её в постель, но она сохранила дистанцию.
Ни она, ни Мили не были ни первыми, ни единственными бабами, которые сказали ему «нет».
«Их было крайне мало, - справедливости ради заметил он, теша своё самолюбие. – Но они были».
Кого-то он после отказа начинал уважать, как Ангелу. Кто-то просто переставал для него существовать. Но Золотарёва…
«Дело было именно в ней – понял он, стоя под душем. – И совершенно не важно, что она делала или не делала».
Выйдя из ванной, он первым делом потянулся к телефону.
– Доброе утро, господин президент, - отозвался по ту сторону связи Макс, начальник его службы безопасности.
– Ну? – потребовал ответа глава государства.
– Четвёрка ввела Золотарёву в курс дела, относительно порядков вашей
приемной, господин президент. У Кати были фото, как доказательство.
– Ах, да, - вспомнил он.
Эти фото, по сути, не предоставляли для него угрозы и не играли никакого значения.






