– Меня нет сейчас в стране, - почему-то сказал президент.
– Скоро вернёшься? – спросила Милена.
– Надеюсь, через неделю, - ответил Медведь.
– Хорошо, - сказала она, и снова оба поняли, что это значит «буду ждать».
Влад поймал себя на том, что счастливо улыбается.
– Господин президент, - окликнул его один из посыльных Белого Дома.
Диктатор пренебрежительно махнул рукой, давая знак ждать.
– С четвёркой было покончено, как только ты приехала в столицу, - испытал он потребность поставить точку в их конфликте. Хотя знал, что в этом уже не было нужды. Она уже простила, уже снова его и сама всё поняла. Но он ощущал необъяснимое желание всё же произнести
это.
– Это не может не радовать, - улыбнулась Мили, всё прекрасно понимая. – Кирилл проспал всю ночь пьяный на диване, - ответила она откровенностью на откровенность.
Президент сильнее сжал трубку телефона. Хорошего настроения словно не бывало.
– Я думал, что он просто исхитрился незамеченным попасть в подъезд, - произнёс он.
– Нет. Влез ночью в окно по пожарной лестнице. Как по мне, чудом не сорвавшись – он был очень пьян, Влад, - обеспокоенно добавила Мили, и жало ревности всё же достало до давно очерствевшего сердца.
– Он уже не ребёнок, Милена, - чуть жёстче, чем требовалось произнёс Медведев-старший.
– Да, - помрачнев, согласилась она, чувствуя смену его настроения.
– К сожалению, у меня сейчас нет времени объяснить тебе всю сложность наших взаимоотношений, - испытал диктатор укол совести. – И не телефонный это разговор…
– Он мне рассказал, - упростила она ему задачу.
– Про Салли? – уточнил на всякий случай Влад.
– Да.
Повисла короткая пауза.
"Кирилл рассказал ей про Салли", - удивлённо думал Влад. В груди усилилось чувство беспокойства.
– Господин президент, - вновь неловко заглянул посыльный.
– Все уже собрались.
– Подождут! – гаркнул глава одной из самых могущественных стран мира, сверкнув на посмевшего прервать его убийственным взглядом.
Посол поспешно скрылся за дверью, в которую просунул до этого свою тупую башку.
– Я отвлекаю, - прекрасно всё слышала Мили, давая возможность ему закончить разговор.
«Моя чуткая девочка», - мгновенно затопила душу нежность, сметая раздражение и гнев, возникшие в моменте.
– Я хочу, чтобы ты знала, что я сделал это для него, - произнёс Влад. – Я знаю, что он
видит всё иначе, но он был ею буквально одержим, она поглотила его, я его не узнавал…
– Но главное не это? – вновь прекрасно понимала его она.
– На самом деле, это тоже было важно, - честно признался диктатор. – На это было страшно смотреть. Она вертела им, как…
– Она не любила его, - объяснила всё одним предложением Мили, чувствуя, что Медведь начинает распыляться.
Да, тот год, что Кирилл с Салли были вместе, Влад не находил себе места, испытывая крайнюю степень ярости и отчаяния.






