У меня нет острой нужды запихать в кого-то свой член и, таким образом, доказать что-то себе или кому-то. Либо же забыться. Не могу сказать, что являюсь священником, который стремится познать что-то духовное, но и не являюсь тем, кто яро ищет
новые приключения. Между мной и Мэйсоном непреодолимая разница. Возможно, я не могу его судить и не имею на это никакого права, потому что не испытывал пустоту внутри, которая была у него, но и что бы не произошло, не буду устраивать трагедию. Его мучает отрицание, я же сразу прихожу к принятию. Он не особо охотно делится личной жизнью и тем, что произошло, если только с отцом. Но и это вряд ли, потому что я видел на лице папы озадаченное выражение, когда он смотрел на Мэйсона или вытягивал его из заварушек. Они всегда были близки, даже чересчур сильно, но и я никогда не ревновал и не метил примкнуть между ними. Я получал достаточное количество внимания отца и не являлся забытым ребёнком. Я всегда был ближе к маме. Не настолько, конечно, чтобы трепаться о девочках, но и не так отдалённо. В отличие от Мэйсона, я мог часами сидеть с ней, неважно, чем мы были заняты: она занималась документами, а я домашкой; она готовила, а я ковырялся в телефоне, периодически помогая ей; она пила чай или кофе, а я уплетал бутерброды. Главным было то, что она рядом, буквально в шаге от меня.
— Перекус? — интересуется Рэн, появляясь в пороге моей новой комнаты.
— Если это чипсы, то иди нахрен, — улыбаюсь я.
— За углом неплохое кафе.
— Ты выяснил это за пару дней?
— А ты думал, что я ходил голодный или зубрил рецепты?
Усмехаюсь, приподнимаясь на локти.
— Не исключено.
— Если вы выбрали
лучшие комнаты, то сваливаем отсюда, — заявляет голос Картера, а следом раздаются глухие шаги.
Проведя пятернёй по чёрной копне волос, он ставит локоть на плечо Рэна, и сверкает блестящими голубыми глазами.
— Они одинаковые, тебе повезло, — сообщаю я. — Надеюсь, ты не страдаешь картографическим кретинизмом.
Подняв насмешливо уголок губ, его взгляд обращается к Рэну.
— Ты забрал форму?
— Да.
— Тогда какого хрена она ещё не на мне?
— Ты только приехал, идиот, — закатывает глаза Рэн. — Может, погладить тебе трусы?
— А их нужно гладить? — язвит Картер.
Рэн закатывает глаза, всем видом показывая, что мирная жизнь будет частенько обходить нас стороной. Помимо того, что в одной квартире живут два Картера, с нами живёт тот, кто любит притащить кого-нибудь с собой. И не факт, что это не команда, а за ней не отряд безумных фанаток. Обычно, случается именно так.
Словно читая мои мысли, Рэн на начале выдвигает условия:
— Никаких девочек на диване.
— Не будь занудой, — фыркает Картер, когда я откидываю голову назад и начинаю смеяться.
— Я видел твою голую задницу больше, чем свою.
— И что?
— Развлекайся в комнате.






