Я не думаю, что должна делиться с тобой личной жизнью, как и ты со мной. Ты ведь тоже…
В ответ вопросительно выгибаю бровь.
— Ладно, я не хочу обсуждать эту тему.
— Что тоже, Эмма? Ты не можешь произнести вслух, что я могу заняться с кем-то сексом?
В её глазах вспыхивает непонятный огонёк, а в воздухе повисает неловкость.
— Это твоё личное право, — отрезает она.
— Да, а почему нет? — продолжаю я, хотя в действительности лучше закрыть и не поднимать данную тему, но что-то внутри не позволяет языку остановиться. — Тебя это задевает?
— Ты хочешь ругаться со мной?
— Нет… — бросаю, но тут же меняю мнение: — Да даже если хочу, я хочу знать: тебя это задевает и ты решила мстить таким образом?
— Я не мщу, я имею право на счастье, как и ты на секс с кем-то.
— У нас большая разница!
— Какая может быть разница?
— Я пересплю и забуду,
а ты состоишь в отношениях.
— И что? Я должна искать развлечение? Меня не может любить кто-то другой, они должны только раздвигать мои ноги?
Слова уже подступают к горлу, но я отрезаю всякие пути к выходу. Ни за что не буду говорить кому-то о любви, если буду знать, что это ничего не поменяет. Она хотела свободы, хотела, чтобы никто не вмешивался в её жизнь, и я соглашался на это, предоставляя ей столько времени, сколько необходимо. Но всё зашло не туда. Совершенно не в ту степь. Я мысленно возвращаюсь в утро и вспоминаю умиротворение в её улыбке и глазах, когда она смотрит на этого парня. Я упустил этот момент. Возможно, она поступает правильно, и нам нужно что-то новое. Мы должны жить дальше, даже если с разными людьми.
— Я должен идти, — сообщаю я, поднимаясь со стула, из-за чего лицо Эммы вспыхивает огнём.
Она торопится за мной, грузно вышагивая следом.
— Ты начал это сейчас и решил уйти на середине!? — оскорблено шепчет она, буквально дыша мне в спину.
— Я ничего не начинал, я хотел услышать от тебя, а не додумывать. Ты могла сказать да или нет, чтобы мы не поднимали прошлое.
— Мы не поднимали прошлое! Ты считаешь, что меня никто не может любить, думаешь, что со мной можно только искать временную утеху! Это нечестно!
— Я этого не говорил. Это твоё мнение о себе.
Сую ноги в кроссовки и открываю дверь, смотря на Эмму через плечо.
— Мы улетаем в субботу на неделю, ты уверена, что ничего не нужно?
— Ничего не нужно, Эйден, — слишком сухо заявляет она. — Удачной игры.
— Я забронировал два билета на четверг. Буду рад, если ты придёшь.
— Саре не нужен билет.
— Тебе и Робу. Я предложил утром.
А лучше бы молчал.
— Не обещаю, что смогу.
Я ничего не говорю, только киваю. Не лучшее решение говорить своей бывшей девушке о том, не совсем рад её нынешнему парню и тому, что он находится вблизи моей дочери, каким хорошим бы не был.






