Но
КАК
он смотрел! Я ощущала себя мешком с эмоциями, но не могла отвести взгляда от маньяка. Скользила глазами по шрамам на его лице, татуировкам на шее, которые ныряли под ворот футболки — узоры какие-то… Наверное, на груди продолжение — она крепкая, широкая. Черноволосый мужик с рублеными чертами лица напоминал латиноса, одного из тех, что занимаются наркотиками в моём городе. Но не мелкую сошку драг-диллера, стоящего на углу с товаром, а того, кто колесит по району на тонированном «Хаммере» и собирает навар. Ассоциация включила мой инстинкт самосохранения. Вовремя. Глаза в пол, шаг назад.
— Пап, мама нашлась!
У «папы» заходили желваки, а у меня замерло сердце. Если маньяк подумает, что я обидела его дочурку… Уже подумал. Я прочитала это в его мутных от ярости глазах.
— Лоу, иди на улицу, — тихо прорычал. — Поиграй с дядей Марком.
Девчонка чмокнула отца в щёку и, подмигнув
мне, бодро поскакала к двери.
Бросила меня, мелочь. Мне конец. Конец! Здоровенный мужик в кожаной куртке с окровавленными кулаками пошёл на меня. Пришлось отступать назад, вот только вагон кончился быстро — я упёрлась спиной в стену.
— Кто ты такая? Зачем тебе моя дочь?..
Я бы с радостью ответила на вопросы, но словно разучилась говорить. Получалось только таращить глаза на пугающего мужика с латиноамериканской внешностью. Он подошёл близко, навис надо мной. Горячее дыхание маньяка обожгло кожу, и я зажмурилась.
— Ми… Мистер… — я не смогла заставить себя на него посмотреть.
— Почему моя дочь назвала тебя матерью?! — заорал и сжал пальцы на моём лице. — Ты ей это сказала?!
Разлепила веки и уставилась на него. От переизбытка впечатлений кружилась голова, от крика мужика звенело в ушах. У меня, кажется, тряслась каждая мышца, даже зубы стучали. Мобильник в рюкзаке, рюкзак далеко… Надо было звонить в полицию, когда этот псих метелил бородача, но я этого не сделала. Перевела взгляд в окно — абсолютно пустой перрон, ни души… Нажим мужских пальцев на моих щёках усилился, стал ощутимо-болезненным.
—
Я не г-говорила ей! — поспешила ответить.
Он отпустил, и я медленно поползла вниз по стеночке. Бешенный какой-то, господи… Я ничего плохого девчонке не сделала, но, похоже, отца это не волновало. Подняла глаза, посмотрела на маньяка — с этого ракурса он казался ещё больше, страшнее. Перед глазами затанцевали цветные круги. О, нет-нет-нет! Так раньше уже было — сначала голова кругом, потом радужные блики, а за ними темнота…
Понятия не имела, как мне удалось не потерять сознание. Сидела у ног латиноса, смотрела на него, как беззубая кобра на заклинателя. Он тоже смотрел. Очень внимательно — до костей пробирало. Рыкнув, мистер перестал меня гипнотизировать и рванул к сиденью, на котором я оставила рюкзак, а ещё… Ошейник, снятый с шеи девочки.






