Он вытряхнул содержимое моей сумки на пол, небрежно пошевелил вещи носком ботинка и впился в меня злющими глазами. Такое впечатление, что я виновата в том, что он ничего, кроме маек и трусов, там не нашёл. Хотя нет — мой телефон его заинтересовал. Очень не вовремя в гаджете сработал будильник. Это был последний звук, который издал мой заюзаный до полусмерти сотовый — отец Лоу просто сломал его пополам. Запросто, как кусочек хлеба. Стряхнув с рук осколки экрана, мистер подцепил пальцем ошейник, поднёс вещь к носу и побагровел. В несколько шагов смял пространство между нами, потянулся ко
мне рукой, а в следующее мгновение мои запястья оказались в крепкой хватке его пятерни. Дёрнул так, что я едва не взлетела.
— Я повторю вопрос, — прорычал мне в лицо, — кто ты такая?
— Рок… сана, — назвалась, еле ворочая онемевшим языком.
Ноздри мужчины разошлись от глубокого вдоха, а меня словно током прошибло. Пискнув, закусила губу — он меня обнюхивал. Как собака. Водил носом по моей шее. Пошевелиться страшно, дышать страшно, думать страшно...
— Дикарка, — заявил с презрением.
У меня перед глазами закружилась цветастая пляска… и наступила темнота.
Глава 3
Из вагона я вышел с дикаркой, переваленной через плечо — сознание потеряла, неженка. Волк Марка возился с Лоу на перроне — отвлекал малышку. Я рявкнул ему — «на выход» и зашагал вперёд.
— Па-а-ап! — Лоу пищала у меня за спиной. — Пап, пап, пап!
— Не сейчас, — пресёк капризы дочери, когда она меня догнала. — Я ещё не решил, как тебя наказать.
— Пап, что с мамой? — в голосе Лоу слышалось неподдельное беспокойство, а грядущее наказание её, похоже, не волновало.
Довёл ребёнка до ручки. Теперь она первую встречную матерью готова назвать. Да ладно — случайную бабу… Дикарке мамкает! Давно нужно было жениться на какой-нибудь серой мыши, чтобы о малышке заботилась. Глядишь, не ловил бы её сейчас по паровозам.
— Как ты оказалась в этом поезде?
— Я не помню, — хитрюга дала слезы в голос. — Мы с Келли гуляли в Левенросе, а потом пошли на вокзал, чтобы покататься на паровозе.
— Ты её попросила об этом?
— Да, — призналась со вздохом. — Я очень хотела быстрее добежать до паровозика… Ничего не помню.
Неудивительно! Лоу обратилась, а она не помнит себя, когда превращается в волчонка. Контроля над процессом у неё тоже нет. Не первый год бьюсь над решением этих проблем — результат нулевой. У девочки нет связи со своим волком.
Слова дочери гулким эхом звучали в моей душе. Может,
ей просто не хватало стимула?.. Судя по всему, на этот раз она превратилась, поддавшись сильному желанию поскорее добраться до поезда. А ведь это уже кое-что!
— Ладно, дома поговорим, — я прибавил шаг.
Лоу стояла у машины, пока я грузил дикарку в багажник, и хныкала.






