Никаких глупых фантазий, Джеки, от которых по венам начинает струиться волшебство.
Возвращаюсь в спальню и с грохотом захлопываю стеклянную дверь.
Глава 12
— Адам привет! Я помню, ты просил не беспокоить, но у нас тут несколько очень важных вопросов касательно грядущего мероприятия, и я боюсь ошибиться…
Зажимаю телефон плечом, пока перемешиваю яичницу на сковороде.
Так я и поверил.
— Это просто предлог, Дональд, и мы оба это знаем. Тебе просто любопытно, куда я пропал. Так что я отключаюсь, а ты решаешь все вопросы самостоятельно.
— Но Адам…
— Я в отпуске, помнишь? А в организации банкета, пусть и такого помпезного, нет ничего такого, что ты не сможешь решить в эти семь дней, пока меня не будет.
— Но это не просто банкет, это важнейшее событие, в которое ты вложил столько сил…
— Вот именно. А теперь я хочу отдохнуть. Прощай, Дональд.
Отключаюсь и откидываю телефон в сторону. По мраморной столешнице он летит, как по льду, пока не врезается в рыжий бок. Чарльз с недовольным видом ждет задерживающийся завтрак. Переводит хмурый взгляд с меня на кусок пластика.
И смахивает его лапой на пол.
Прорезиненный бампер не спасает. Стекло трескается, а экран гаснет.
— Ну и кто ты после этого? — Проще покормить раньше всех этого пушистого террориста. — Эта модель еще даже не вышла в официальный релиз!
Кот чхать хотел на передовую технику. При виде еды он величественно шествует по столешнице, деликатно обходя черри и листья шпината.
Тогда же за моей спиной появляется она.
Без каблуков Жаклин передвигается легко и бесшумно, но ее присутствие я ощущаю даже затылком. Идеальное утро корчится и обугливается, как края горящей бумаги, стоит ей появиться.
Вместе с ней приходят надоедливый аромат черной смородины, который набил мне оскомину еще прошлой ночью, но от которого теперь никак не скрыться. Смородина снова разъедает легкие, а по венам растекается жгучее,
как кайенский перец, желание.
Черт бы побрал эту женщину.
— Доброе утро, мистер Грант.
Киваю.
А еще задерживаю дыхание, разом опрокидываю мясную консерву в миску Чарльза и иду к французскому окну. Одну за другой открываю несколько секций.
Даже не смотрю на нее.
Она и без того возникает перед моим внутренним взором уже слишком давно.
Замираю перед распахнутыми окнами и наконец-то делаю глубокий вдох.
Ветер пахнет мокрой землей, листьями и едкими отголосками пожаров, сейчас бушующих в северной Калифорнии. Резкий порыв сквозняка проходится по кухне… И смотри-ка, больше никакой смородины.
Но с ветром приходит терпкий запах гари, и это уже чревато. Нужно свериться с картой пожаров, чтобы не подвергать свою жизнь глупому риску.






