— Ты можешь притворяться сколько угодно, — сказал я и отодвинул ее в сторону, чтобы взять книгу, на которую положил глаз. — Но если мне предстоит торчать с тобой в одной комнате весь день, мне нужно что-то, чтобы отвлечься.
— Ты, правда, собираешься это читать? — спросила она.
— Да, — ответил я и сел.
— Ну, к счастью, я захватила подходящий материал для чтения, так что я не буду отравлять свой разум этими книгами.
— Как знаешь, — сказал я и открыл книгу.
Кристина
Я не хотела садиться рядом с Боулдером, поэтому села на кровать и подождала, пока она примет форму моего тела, предоставив свою поддержку.
Мой ридер лежал в сумочке; я надела его, как очки, активируя библиотеку нажатием кнопки сбоку и стала перемещаться по ней,
глядя влево, вправо, вверх, вниз и моргая. В поле моего зрения попала книга, которую я не успела дочитать, так что продолжила с девятой главы.
— Что читаешь? — спросил меня Боулдер через сорок минут.
— Историческая трагедия о пяти сестрах, живших в начале девятнадцатого века. Они были подвержены давлению со стороны общества, не могли получить наследство своего отца, им угрожала перспектива бедности, если они не выйдут замуж. Это очень грустная история.
— Как называется?
—
«Гордость и предубеждение»
автора по имени Джейн Остин.
— О, хорошо, хочешь узнать, что я читаю?
Не получив от меня ответ, он предложил:
— Как насчёт того, чтобы ты прочитала мне отрывок из своей книги, а я тебе — из своей?
Свернув книгу в правый нижний угол, я отчетливо увидела его лицо, ощутив прилив раздражения от его самодовольной улыбки.
— По-твоему, содержание твоей книги шокирует меня? — произнесла я. — Хочу, чтобы ты знал, что в своей работе я видела много шокирующих вещей. Я не такая невинная, как ты думаешь.
— Смотря, что ты подразумеваешь под невинностью.
Я сняла очки.
— Я многое видела и слышала.
— Например?
Я вздернула подбородок,
встретившись со взглядом его пронзительных серых глаз.
— Например, сокровенные вещи и слова.
Улыбка Боулдере стала шире.
— Не могла бы ты пояснить.
— Хорошо, — я разгладила простыню под своими руками. — Слова, которые ты употребляешь… нецензурные слова. Я видела их в исторических текстах и однажды…
— Да?
— Однажды мне разрешили войти в запретную секцию университетской библиотеки. Я видела вещи, связанные с насилием, из-за которых меня несколько месяцев мучили кошмары.
— Какие именно вещи?
— Убийства, пытки, террористические акты, избиение женщин и мужчин, избиение детей собственными родителями, — я опустила взгляд. — Но худшим было сексуальное насилие.
— Расскажи мне о сексуальном насилии.
— Это было ужасно.






