Лучше бы я этого не делал.
Массивный человекообразный силуэт, опираясь на все четыре конечности, несся прямо ко мне. Бледная, с серо-черными пятнами шкура, пальцы, оканчивающиеся длинными крючковатыми когтями, глубоко запавшие кроваво-черные глаза, маслянисто поблескивающие в лунном свете. И пасть усеянная длинными, кривыми клыками. Ёбаный хер.
У меня будто открылось второе дыхание. Ноги сами собой рванули вперед. Туда, где за колосящимися полями и низенькими заборчиками виднелся спасительный частокол. Дерьмо. Хоть бы там кто-то был. Хоть бы пустили внутрь. Лишь бы не оказаться в зубах этой паскуды.
С разбегу я ударился плечом в плотно закрытые створки ворот, тихо надеясь, что с той стороны нет засова. Не прокатило. Они лишь едва слышно скрипнули, но даже не шелохнулись. Дерьмо. Оставался лишь один выход. Я набрал полную грудь воздуха и заорал:
– Люди! Откройте! Скорее! Не дайте помереть страшной смертью!
Мгновение. Другое. Третье. Тишина.
– Какая сука там орет на ночь глядя? – из-за частокола высунулась голова какого-то крестьянина.
– Мужики! Пустите! Скорее!
– Не велено пущать, - дозорный сделал паузу, почесал патлатые волосы, провел рукой по усам, - Ночью значится. Староста запретил.
Да и вообще, всяким проходимцам с большака мы тут…
– Мика, блядь! – рявкнул другой голос, - Там трупоед! Тащи арбалет, быстро! Вигги. Открой этому полудурку дверь, пока он своими воплями не натащил нам нечисти со всей округи. Да дверь, блядь, а не ворота. Ёбаный хер…
Справа в стене возле ворот открылась небольшая дверца. Шаг. Другой. И мощные, грубые руки буквально втянули меня внутрь и швырнули в дорожную пыль.
– Сука! Эта тварь не сдохла!
– Мика, вниз! Вигги, копья сюда!
С небольшого деревянного парапета, выстроенного над воротами, вниз спрыгнул тот самый патлатый мужик, что поначалу не хотел меня впускать. Он тут же помог спуститься со стены второму дозорному – низенькому суховатому мужичку, с обветренным, загорелым лицом, на котором белели полоски нескольких шрамов, пышными бакенбардами и одной ногой. Вместо второй у него было некое подобие негнущегося деревянного протеза.
– Вигги, шевели задницей! – рявкнул он мужику, тащившему три
здоровенных копья, - В круг. Все в круг! А ты, - одноногий бросил короткий взгляд в мою сторону, - Сгинь нахер. Потом с тобой разберемся.
Спорить смысла не было – боец из меня сейчас так себе. Тем более – без оружия. Так что я со всей доступной мне скоростью постарался убраться с места будущей схватки. Правда, уйти получилось совсем недалеко. Спустя секунд десять позади послышался какой-то странный скрежет. Как будто чьи-то длинные острые когти царапали по толстым бревнам частокола. Тварь карабкалась наверх.
Я невольно обернулся.






