Это такое невероятное слово!
Фил подходит, чтобы открыть дверь, и тут появляется Лиза. Видит отца и отшатывается.
— Привет! Ты домой? — спрашиваю я.
— Да… нет, еще дела. Мне нужно пойти по делу. Скажи папе, что я опоздаю, ладно?
Я с любопытством смотрю на Лизу. С ней все-таки что-то не так. Она что-то скрывает от своего отца, и я обязательно узнаю, что это. Если бы мне не так хотелось попасть внутрь на руках Филиппа, я бы расспросила подругу сейчас же. Но пока я отпустила Лизу, кивнув головой, сделав мысленную заметку, чтобы помучить ее позже.
— Да, конечно, — отвечаю я, все еще не вылезая из машины.
Лиза торопливо машет рукой, оглядывается на отца и уезжает на машине вместе с Никитой.
Надо сделать себе жирную такую зарубку! У Никиты пристрастия те еще, как бы не испортил нашу девочку. Если мы поженимся, как грозится Филипп, то я как бы буду ее мачехой.
Ой,
влетит ей от меня!
Я смеюсь, прикрывая рот ладошкой. Они скрываются из виду, а за мной возвращается Филипп.
— Мне кажется, или это была Лиза?
— Не кажется. Она сказала, что опоздает.
— Ой, что-то она темнит, — хмурится мой любимый мужчина.
— Точно!
Филипп подхватывает меня на руки и вносит в дом.
— Папочка, я дома, — пою я, шутя, потому что Лизы нет рядом, чтобы заткнуть мой рот.
— Добро пожаловать домой, непослушная девочка.
Голос Филиппа низкий, он сочится соблазнительностью. У входа — огромный букет белых роз и хризантем. Таких как я люблю.
— Я готовился. Врач сказал, что тебе теперь многое можно.
— Ого! Интересно послушать что именно. Дай угадаю. Готовить? Бегать?
Он наклоняется, его губы находят одно из моих любимых мест, и нежно кусают мою шею.
— А ты догадайся. Боже, как я скучал
по тебе.
— Я тоже скучала по тебе. У нас есть время, чтобы наверстать упущенное…
Последние три недели пронеслись вихрем. В ту секунду, когда я согласилась полностью принадлежать ему, он сдвинул небо и землю, вытащил меня из больничной койки и устроил в своей постели, пока я не выздоровела достаточно, чтобы вернуться в колледж.
Если бы это было на руку Филиппу, я бы никогда не встала с его кровати.
Это был бой, но у Фила не было другого выбора, кроме как отпустить меня на учебу. Его собственничество вышло на совершенно новый уровень, и мне пришлось приручать своего зверя.
Я была на больничном и сдавала все экстерном. Про Артура шептались, на меня косились, особенно когда увидели обручальное кольцо на моем пальце.
Но определенно были плюсы в том, чтобы быть девочкой такого человека, как Филипп Крутой.
Он не шутил, когда сказал, что позаботится обо мне. Не имело значения, что у меня рука и нога в гипсе. Он носил меня повсюду, как свою собственную игрушку. Или как настоящую принцессу, которой втайне я всегда
хотела побыть. Он работал из дома и заботился обо всех моих нуждах.






