Она злится на себя из-за этого, но я предполагаю, что когда положу руку спереди на эти короткие шортики, она уже будет мокрой для меня.
— Мне не жаль, — говорю я себе под нос. — И ты права. Ты не знаешь, в каком доме я вырос.
Кажется, это привлекло ее внимание. Она смотрит на меня краем глаза, а затем... затем она, бл*дь, прикусывает нижнюю губу. Слоан — один из самых чувственных людей, которых когда-либо встречал, а я встречал очень разных. Она принимает самые обычные физиологические особенности и выполняет их самым сексуальным образом. Ни одна другая женщина не смогла бы сделать то, что делает эта девушка, и вызвать у меня такую же пульсирующую, кровоточащую в моих венах реакцию; когда другие женщины делают подобные вещи, это для того чтобы привлечь внимание к их рту, и это обычно совершенно очевидно. Это, конечно, немного забавно, но все это игра. Ничто из этого не превращает мой член в греб*ную армированную сталь, как подсознательный флирт Слоан.
Кажется, она понимает, что делает, и сосание
губ резко прекращается.
— Ты солгал моим родителям, — говорит она, как будто только что вспомнила об этом. — Ты солгал о том, чем зарабатываешь на жизнь, и ты солгал о том, что ты мой греб*ный партнер по путешествиям. Я думала, что ты никогда не врешь?
— Обычно я этого не делаю. Никому не лгу. Я, конечно, никогда не буду лгать тебе, Слоан, но солгу ради тебя. Только ради тебя.
Может быть, эта история с губами заставила меня на минуту ослабить бдительность, потому что я почти удивляюсь, когда слышу это от себя. Слоан открывает рот, выглядя слегка ошеломленной. Сейчас, вероятно, самое подходящее время, чтобы снова поднять эту греб*ную защиту, прежде чем что-то еще выйдет наружу.
— Что-нибудь еще, Слоан? У нас осталось всего тринадцать минут.
Она издает «пшшшшш» звук, прижав руки к моей груди, как будто собирается оттолкнуть меня, но я опережаю ее, наклоняясь всем телом, так что плотно прижимаюсь к ней. Знаю, что она может почувствовать меня. Знаю, что она чувствует, как мой член впивается в щель между ее ног, умоляя впустить его. Она сглатывает, и ее пальцы слегка сжимают мои грудные мышцы. Полностью в моих руках.
— Мы ничего не можем сделать за тринадцать минут, — бормочет она.
Это, пожалуй, один из самых больших вызовов, которые когда-либо были мне брошены. В конце концов, я сдаюсь и отпускаю улыбку, за которую так долго держался, но теперь она изменилась. Раньше меня просто забавляло, насколько невероятна эта девушка. А теперь покажу ей, каким невероятным я могу быть.
— О, злая девочка. Я заставлю тебя проглотить эти слова.
— Что...
Я полностью игнорирую все, что она собирается сказать, и опускаю голову так, что прижимаюсь губами, зубами, языком к коже ее шеи. Она не произносит ни слова. Слоан должна была этого ожидать.






