Выбивал дерьмо из своей боксерской груши, ругаясь при каждом ударе, используя дополнительный гнев, чтобы ударить кулаком по изношенной ткани чуть сильнее. Когда я ответил на звонок Майкла, был час ночи.
— Да?
Вытираю пот с лица, чтобы он не попал в глаза.
— Где он был? Что он сказал
в свое оправдание?
— Он был разодран в клочья и находился в трех разных мусорных контейнерах в квартале от Диснейленда. И он был не в настроении разговаривать.
Я делаю последний, яростный удар по боксерской груше. Удар сотрясает мою руку, вызывая тревогу в моей голове.
— Бл*дь. Бл*дь.
— Да, босс. Это было очень плохо. И когда я говорю плохо, я имею в виду внутренние органы.
Дерьмо. Да, Рик мне не очень нравился, но я отправил его в Анахайм. Я попросил его подождать меня там. И именно из-за моего глупого признания Хулио отправил туда своих ребят, чтобы выяснить, в чем дело. С таким же успехом я мог бы просто выстрелить ему в голову там, в доках, когда он встретился с теми байкерами. Судя по всему, это была бы куда более приятная кончина.
— Где ты сейчас? — спрашиваю я Майкла.
— Уже в другом месте. Я просто занимаюсь... уборкой.
В другом месте. В моем сумасшедшем сексуальном клубе, как говорит Слоан. Она последняя девушка, которую я тр*хал в четырех стенах этой квартиры; больше никаких встреч там не будет. Это просто нелепая трата моих средств теперь, когда не служит никакой цели. Следует продать ее.
— Ладно, когда закончишь, можешь сделать мне одолжение и проехать мимо дома девушки. Убедись, что там все спокойно?
— Конечно.
— Дай мне знать, как только увидишь здание.
Завершаю разговор и заканчиваю с боксерской грушей. Вместо этого я начинаю подтягиваться. Отжимаюсь от скамьи, когда Майкл перезванивает через час.
— Я на месте, босс.
Странно, но как только он это говорит, с меня словно сняли груз. Однако это ощущение невесомости и легкости длится всего пять секунд. Пока Майкл не продолжает.
— Я осмотрел это место, и оно совершенно пустое. Ее здесь нет. Все наглухо закрыто. Нет света. Нет машины. Нет Слоан.
Нет света. Нет машины. Нет Слоан.
Каждое из этих заявлений
ощущается как огромный удар в живот.
— Ну и где же она, бл*дь, тогда?
Майкл издает короткий сдавленный звук на другом конце провода. Во всем мире звучало так, как будто этот ублюдок только что рассмеялся.
— Под камнем на крыльце лежала записка, босс. Она никому не адресована, но я уверен, что она для тебя.
— Говори, — выдавливаю я.
Еще один сдавленный кашляющий звук на другом конце провода.
— Здесь сказано: «Поделом тебе, если бы я была мертва, мудак».
Глава 5
Слоан
Пиппа — самый невыносимый человек на планете. Я буквально хочу выстрелить ей в лицо.






