— Кто они, и что значит некоторые вещи?
— Профессор Леруш и его ученики… Те, кто занимался вместе с ним этим его углубленным изучением литературы…
Так, так, так, а вот это уже становится более интересным.
— Семён, вы хотите сказать, что они были вампирами?
Студент нахохлился.
— Не считайте меня дураком, — более уверенно произнёс он. — Они не кусали никого и у них не было зубов. Сеньор Леруш иногда приносил её, и давал употреблять своим ученикам. Якобы для того, чтобы лучше понять мистику русской поэзии.
Я почувствовал некий ступор и спросил напрямую:
— Он что, был сумасшедшим?
— Он был страшным, — признался студент. — И не все знали о его увлечениях и методах обучения. Только часть учеников. С ними он даже делал какие-то выездки на природу.
— А откуда вы знаете о том, что они заниались?
Студент занервничал ещё сильнее и провёл рукой по волосам.
— Мне рассказал Михаил Котов… он был очень восхищён и постоянно называл Леруша мастером, и предлагал присоединиться к ним… Рассказывал, как они ели сырую печень…
— И тем не менее вы не сообщили никому о таких занятиях литературного клуба?
Семён занервничал ещё больше и заёрзал на кресле.
— Понимаете, — замялся он. —
Отношение ко мне не очень… И мне могли просто не поверить… И знаете, одногрупники очень любят подшучивать надо мной. Тогда я не придал этому значения и подумал, что это какая-то шутка.
— Понятно. Можете назвать тех, кто входил в так называемый… круг избранных Антонио Леруша? Или может быть вспомните что-то ещё?
Семён несколько успокоился, затем задумался и стал перечислять имена и фамилии.
— Ну так что? — спросил его я. — Вспомнили что-нибудь ещё?
Он облизнул губы, а потом прошептал:
— Миша сказал, что он показывал им портал в ад.
Я удивлённо посмотрел на него. Он посмотрел на меня с некоторым суеверным страхом, а потом пояснил:
— Он сказал, что Леруш вычертил кровью какую-то печать во время одного из их уроков, она засветилась, и стали видны огромные поля полные огня и людей кричащих в нём. И тогда же он сказал, что это портал в ад.
— И часто он проводил такие уроки?
— Он сам решал, когда будет проводить их для избранных учеников, — боязливо произнёс Семён. — Он много рассказывал о той чертовщине, которую им показывал Антонио Леруш, пока я не прекратил с ним общаться.
— Семён, вы поступили абсолютно правильно, когда сделали это, — кивнул я. — Ну на этом закончим. У вас есть мой телефон, если вспомните что-то ещё, то просто позвоните мне.
Я распрощался с мнительным студентом. Вот это жуть… Не ожидал, что этот тип окажется настолько жутким человеком. Кажется у нас под боком появилась небольшая секта. Полное шайзе, как сказал бы Майер. Немец похоже знал больше, чем говорил, иначе не нервничал бы так при нашей последней встрече.






