Ну и заодно передать твоим хорошим знакомым одну замечательную, но совершенно бесполезную карту… для гарантии, так сказать, что ты не промахнешься с направлением. К несчастью, ты и тут умудрился напортачить и заставил меня ждать неоправданно долго. Поэтому — да, Олег. Ты всерьез меня разочаровал. А единственное, за что я тебе благодарен, это за девушек. Чистые души нынче такая редкость. А на переполненном Ирнелле с кишащей некко изнанкой они с некоторых пор и вовсе настоящий деликатес. Теперь же, исключительно благодаря тебе, у меня таких целых три, поэтому будем считать, что небольшую отсрочку ты заслужил.
— Что ты с ними сделал?! — прохрипел я, с трудом
приоткрыв полуослепший глаз и с ненавистью уставившись на этого урода.
— Пока — ничего. Твои подружки просто крепко спят. Вернее, они погружены в стазис. И будут находиться там ровно столько, сколько я позволю. Хотя это довольно странно, не находишь? Я много лет искал таких, как они, столько усилий потратил, почти исчерпав отведенные на это сроки. Но вот приходишь ты, и они сами спешат тебя найти. Это странно, как мне кажется. Ты ведь не один из нас. Хотя, может, это звериное чутье, доставшееся тебе от нурра? А может, это они что-то почувствовали и поэтому нашли тебя сами? Впрочем, это уже не имеет значения.
Наконец, ублюдок сделал все что хотел и, убрав ментальные когти, отступил на шаг.
Я, пошатнувшись от резко накатившей слабости, чуть не грохнулся на пол. Но доставлять ему удовольствие видеть меня стоящим на коленях, я не собирался. Да и выбравшийся на свободу Изя, уперевшись носом в пол, помог. Поддержал.
Правда, на Орли это не произвело ни малейшего впечатления.
— Хочешь еще о чем-нибудь спросить? — с едва уловимой иронией поинтересовался он, когда я все-таки нашел в себе силы выпрямиться. — Может, узнать мое настоящее имя? Или выяснить, зачем ты здесь и что вообще происходит?
— На твое имя мне насрать, — снова сплюнул я ему под ноги. — Да и твои мотивы меня уже не интересует.
— Тогда, наверное, ты хочешь узнать, кто я?
— Я знаю, кто ты!
Орли тихо-тихо рассмеялся.
А потом поднял голову и посмотрел на меня прямо. Своими настоящими…
лишенными белков, угольно-черными нечеловеческими глазами, в самой глубине которых то и дело вспыхивали и мгновенно гасли далекие-предалекие звезды.
***
— Быть может, тебя это удивит, но быть сборщиком душ — не самое приятное занятие, — сказал Орли, когда отсмеялся. — Все в твоей жизни расписано. Все ясно и понятно. Перед тобой стоит цель, тебе даны средства для ее достижения. И по сути все, что тебя составляет — это рутина, один бесконечно длящийся долг, который годами… столетиями… не меняется. А вместе с ним не меняешься и ты. Кстати, ты уже понял, как становятся собирателями? Молодец. Вижу, что да.






