– Дэн, что происходит? – первым не выдержал я.
– Происходит справедливость, – спокойно ответил он. – Я устал быть один. Вот и все!
В
этот момент из туалета вышла Катя и решительной походкой подошла к нашему столику. Маша притихла и замерла, широко распахнув глаза. Я на автомате засунул руку под куртку, чтобы достать пистолет.
– Не дергайся! – сказал Денис, и я почувствовал, как его ствол упирается мне в бочину.
Нет, боже, нет! Брат не мог так со мной поступить! Не мог предать всех нас! Самого себя!
– Будешь стрелять? – спросил я.
– Не сомневайся! – сквозь зубы прошипел Дэн. – Ты же в шмальнул в братишку? Думаешь, я не смогу? Просто не мешай мне, Антон! ПРОСТО НЕ МЕШАЙ! Руки держи так, чтоб я видел!
Дэн забрал у меня пистолет, делая меня еще более беспомощным. Не говоря ни слова, Катя взяла Машу за руку и вывела из-за стола. Больше я не мог оставаться безучастным. Не смотря на то, что мой родной брат тычет мне в спину стволом, я поднялся на ноги и встал перед Катей.
– Не надо, Антон! – предупредительным тоном произнесла Катя. Она тоже достала пистолет и приставила его к голове и без того перепуганной дочери. – Мы сейчас заберем девочку, а ты пока соберешь деньги! Я обещаю не причинять ей вреда! Дай нам спокойно уйти!
– Папочка! – всхлипнула Маша. Я не знал, к кому из нас с братом обращается дочка, но это было и не важно.
– Вам придется меня убить! – на полном серьёзе сказал я. – Только так вы сможете уйти!
– Катя, стреляй! – заорал Дэн над моим ухом.
– Но кто тогда отдаст мне деньги? – дрогнувшим
голосом сказала Катя. – Если я его убью...
Она начала нервно переминаться с ноги на ногу, а потом все же направила пистолет на меня.
– Давай, Катерина! – давил на нее Дэн. – Жми на курок!
– Смотри, не промахнись, сука! – заорал я на Катю.
– Я два года жила с киллерами, думаешь, я стрелять не умею? – рассмеялась Катя.
– Дэн? – позвал я брата, приготовившись к смерти. – Дэн, прости меня за все! Прошу, позаботься о дочери!
– Да заткнись ты уже! – раздался раздраженный голос брата за спиной. – Уйди с дороги! Дай ей пройти!
– Нет!
– Антон, я прощаю тебя! Прощаю! Клянусь, что прощаю! Отойди в сторону!
– Нет!
– Катя, вали этого козла, и поехали!
Катя сильнее сжимает пистолет в руке и прицеливается мне прямо в грудь. Я стараюсь не смотреть на черный кружочек дула. Смотрю на Машу. На ее полные слез и страха глаза. Борюсь с желанием зажмуриться. Я должен встретить смерть достойно, а мужики не закрывают глаза, а смотрят обстоятельствам в лицо, какими бы они ни были. Было так страшно, что даже мой Ангел на плече зашевелился, пытаясь съебать отсюда подальше.
Раздается
щелчок. Катя непонимающе дергается, жмет на курок еще раз, но ничего не происходит.






