ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Диего Рейес — дьявол. Он держит большую часть криминального бизнеса в городе. И он обожает ломать женщин. Его люди находят девушек прямо на улице. Врываются в дома и увозят приглянувшихся Рейесу силой. Могут утащить девушку с поля или с работы. Никто не знает, как Рейес отбирает жертв. Разве что все они не младше восемнадцати и не старше тридцати. А какими он их возвращает — лучше не думать. Пройти мимо резиденции Рейеса с непокрытой головой — значит, обречь себя на что-то невероятно ужасное. Хуже смерти. В книге есть: властный герой, сильная героиня, очень жёстко, насилие, нецензурные выражения, много секса, сумасшедшая страсть, обжигающая ненависть, крышесносная ревность, крепкая любовь, хэппиэнд. * * * Правда в том, что у каждого своя правда. АНХЕЛИКА — Анхелика! Хуану ломают пальцы! Ярко светит солнце, я вся в земле — полю бесконечные сорняки на огороде. Крик Луситы, нашей десятилетней соседки, врывается в обычное рабочее утро. Хуан — мой тринадцатилетний брат, и он крепко во что-то вляпался. Я обтираю пальцы о передник. — Кто? Где? Что произошло? — Он решил украсть у господина Антонио мясо, когда тот отвернулся. Но парни господина Антонио заметили. Дело плохо. Хотя нам часто нечего есть, кроме лепешек и овощей, «господин» Антонио не тот тип, с которым стоит связываться. Теперь Хуана спасет только чудо. И, возможно, мои сбережения, если я хорошо попрошу у Антонио за него. И то вряд ли поможет. К счастью, я не во вкусе этого похотливого козла. Зато он очень любит жестокие развлечения. — Не ходи туда, Лус. Я найду сама. Я срываю с талии передник, хватаю немного скопленных денег и бегу на рынок к мясной лавке. В голове самые страшные мысли. И мать, и отец сейчас на заработках. При них Хуан еще как-то держится. Но он совсем не понимает, как устроен этот мир, и когда лучше не рисковать. Как я теперь управлюсь с хозяйством без него? Конечно, младшие сестры помогут — они сейчас на уроках в школе. Но мужчина — это мужчина, даже если он импульсивный подросток. Я молюсь всем святым и бегу быстрее, но перед самым рынком перехожу на спокойный шаг. Если Антонио заметит, как я взволнована, он вряд ли смягчится. Наоборот, придумает издевательство побольнее. Хуана я вижу издалека. Вернее, его-то я вижу плохо, зато толпу, орущую, что вору мало пальцев, надо руку отрубить — отлично. Против воли я ускоряю шаг, протискиваюсь сквозь мужские спины и вижу ужасную картину. Хуан лежит на земле с заломанной рукой, а держит его Густаво. Похожий на вышибалу прихвостень Антонио. Сам мясник до грязной работы не опускается. По крайней мере, не при покупателях. Густаво замечает меня и мерзко улыбается. — О, пришла красотка. Хочешь посмотреть на казнь воришки? Многие знают, что Хуан — мой брат. Потому в их лицах никакой поддержки. Только осуждение и злое предвкушение. Я вскидываю подбородок. — Я пришла заплатить за него. Сколько нужно? — У тебя денег не хватит. Или собой платить будешь? — увы, Густаво в отличие от его патрона, я вполне симпатична. Я набираю в грудь побольше воздуха, но меня прерывает резкий возглас Антонио. — Нет. Ты заплатишь ровно за то, что этот сопляк пытался стащить. И пройдешь мимо резиденции Рейеса с непокрытой головой. Тогда я отпущу его. У меня холодеют ноги. Резиденция Диего Рейеса — это проклятая часть города. Она огорожена трехметровым забором с колючей проволокой и башенками. В башенках снайперы. А сам Диего Рейес — дьявол. Он держит большую часть криминального бизнеса в городе. Местных банд, равных по силе его армии, нет. И он обожает ломать женщин. Его люди находят девушек прямо на улице. Врываются в дома и увозят приглянувшихся Рейесу силой. Могут утащить девушку с поля или с работы. Никто не знает, по каким критериям Рейес отбирает жертв. Разве что все они не младше восемнадцати и не старше тридцати. А какими он их возвращает — лучше не думать. Потому многие девушки в нашем городе специально уродуют себя. Носят ужасную одежду. Кто помладше, притворяются мальчишками. Все прячутся и закрывают окна, стоит машине или людям из армии Рейеса показаться на улице. Пройти мимо резиденции Рейеса с непокрытой головой — значит, обречь себя на что-то невероятно ужасное. Хуже смерти. Особенно унизительное потому, что Рейес всегда платит семьям своих жертв. Их выкидывают из ворот с деньгами в карманах, и никто не смеет тронуть девушку, пока она не дойдет домой. За этим люди Рейеса следят, превращая девушек из жертв в продажных шлюх. Я перевожу взгляд на Хуана. Его лицо белое от боли. И, кажется, Густаво успел сломать ему один палец. Выхода у меня нет. — Я пройду. Антонио криво ухмыляется. — Вико. Иди с ней. Проследи, чтобы не сбежала и выполнила условие. Густаво покараулит сопляка. — Нельзя, Анхела! — это Хуан. От боли его голос звучит тихо, но я слышу. Он не успевает сказать ничего больше, потому что Густаво резко дергает его за руку, а следом наступает сапогом на его щеку, прижимая голову к земле. Я не выдерживаю. — Прекратите. Обещайте, что с моим братом ничего не случится! — я сдергиваю платок с головы, и черные густые волосы рассыпаются по плечам и спине крупными волнами. — Нет, куколка, — Антонио гадко улыбается, — я обещал только, что отпущу его после оплаты. Но так и быть. Густаво, не причиняй парню боли. Вико, поторапливайся. Густаво отпускает Хуана, и он остается лежать на земле. Возможно, его уже успели избить. Вико — еще один дружок Антонио. Выглядит он более тщедушным, чем громила Густаво и толстый мясник Антонио. Но мне в любом случае никуда не деться. Голову пронзает ужасная мысль. Вероятно, Хуана специально спровоцировали украсть это мясо. Возможно, люди Рейеса что-то платят осведомителям за девушек. $('.a_read_note').hover(function () { var dd = $(this).attr('id'); $("#book_"+dd).children("div").remove(); var inf = $("#book_"+dd).html(); $('<div class="div_read_note"></div>').html(inf).appendTo('body').fadeIn('fast'); }, function () { $('.div_read_note').remove(); }).mousemove(function (e) { var xb = $('.div_read_note').outerWidth(true); var xscr = $(window).width(); var yscr = $(window).height(); if ((xscr - e.pageX) < xb) { var mousex = e.pageX - xb - 10; } else { var mousex = e.pageX + 20; } if (mousex < 0) mousex = 5; if (mousex + xb > xscr) mousex = xscr - xb - 5; var mousey = e.pageY + 10; $('.div_read_note').css({top: mousey, left: mousex}) });

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И я деру ее, слыша новые всхлипы и крики.

Давай, сучка. Кричи громче. Сорви голос.

Я все равно тебя вылечу, потому что знаю: кто бы ни подослал тебя в мою жизнь, ты настолько моя, что больше мою и представить сложно.

Тугая. Гордая. Страстная.

После того, как Анхела кончает еще раз, я убираю ее волосы и выплескиваюсь ей на спину.

Нам нужно будет вымыться, поесть и поспать прямо тут, на пляже. Нас никто не побеспокоит, я распорядился.

Но именно сейчас я должен сказать Анхеле Рубио то, без чего теперь никак.

Я бы умер и родился, чтобы вновь встретиться с ней.

— Я люблю тебя, ми вида. И, кажется, я любил тебя всегда.

Глава 19.

Тайны. Анхелика

АНХЕЛИКА

Меня зовут Альваро Гарсия Лопес, и сегодня самый проклятый день в моей блядской жизни.

Я застрелил врачей, медсестер и весь персонал в этой блядской клинике, но мне нихера не помогло успокоиться.

Они не спасли ни мою Ану, ни моего сына.

Я обнимаю то ее, то его и вою, а по лицу текут блядские слезы. А ведь я не плакал даже в детстве, когда отец сек меня кнутом.

У меня есть все: авторитет, деньги, люди, но нет главного.

Нет моей Аны.

И виноват только я сам.

Я любил эту суку драную. Я пытался вытравить ее из сердца.

Но она прочно там окопалась.

Так смотрела своими черными, как ночь, глазищами, что всю душу и мозг нахер выносила.

Когда у нее

вырос живот, я и бить ее почти прекратил. Но уже было поздно.

Я сам сломал свою Ану и больше никогда не увижу ни ее полный любви взгляд, ни мольбы о пощаде.

И сын наш умер.

Я вою от тоски, как зверь, раскачиваясь и обнимая его трупик.

Я же одну Ану любил. Только ее всегда. Другие бабы существовать перестали.

Бил. Ненавидел. А у самого сердце рвалось на части.

Что хочешь со мной делай, Ана.

Бей. Убивай.

Только вернись ко мне хоть как.

Я плачу, только такого грешника никто не услышит.

Даже сука, которую я зарезал в прошлом месяце. Белоглазая тварь Кармен Дельгадо Торрес.

Даже такая не смогла бы мне Ану вернуть, хотя звала себя ведьмой.

Никто.

И я снова кричу от невыносимой боли.

— Анхела! — имя рвет мой мир на части.

Я не понимаю, в каком мире я нахожусь. Только что во сне я была мужчиной и обнимала мертвое тело «сестры» Рейеса.

Качала

и баюкала, заливая слезами мертворожденного младенца.

А сейчас меня держит за плечи Диего Рейес, и у него настолько обеспокоенное лицо, что мне снова хочется рыдать.

Вчера, когда он признался мне в любви, я только улыбнулась и нежно поцеловала его в губы, ничего не отвечая.

Я приняла его целиком, потому что только так я могу и победить его, и поддержать.

Когда он слегка придушил меня, к горлу подкатила паника. Я испугалась, что Рейес сошел с ума и даже после всего меня убьет.

Но поцелуй расставил все по местам.

Я хотела, чтобы Рейес любил меня страстно, как в первый раз, когда мы даже знакомы не были. И он хотел того же самого.