Тебе приятно стоять руки по швам?
Да что же он такое говорит! А внутренний демон уже отвечает моим голосом:
— Нет.
— Тогда обними меня. Прижмись. Потрогай. Поцелуй — это не только губы, чика. Это, как танец не только руки или ноги. Танец — все тело. И даже мысли.
Я понимаю,
о чем он. Невозможно хорошо танцевать лишь частью себя.
Как бы там ни было, Рейеса не привлекает неопытность.
Я закидываю руки ему на шею, а моя грудь распластывается об его торс, но соски почему-то твердеют, а ноги, наоборот, слабеют.
Немыслимо. Я сама обнимаю Диего Рейеса. Опять, как и тогда, когда он нес меня на руках.
И я буду это делать, чтобы задурить ему голову.
Главное, помнить, что он тоже со мной играет. И что как игрок он опытнее…
— Никакой боли… Ты поддаешься… и растворяешься, — Рейес говорит тихо и вкрадчиво. Очень нежно. А затем целует меня опять.
Его язык мягко проникает мне в рот, и я вдруг понимаю, что мне хочется ему… ответить. Сплести его язык со своим, насладиться его вкусом. Зарыться пальцами в густые волосы Рейеса.
На ощупь они оказываются удивительно мягкими и приятными. Совсем не как борода, но даже она мне сейчас не мешает.
Мне не мешает вообще ничего… даже член, упирающийся в живот, потому что я как последняя дура верю, что именно сейчас
Рейес меня не тронет.
Что он просто будет меня целовать, разнося по телу сумасшедшие токи удовольствия. Между ног приятно и горячо.
Боже, если он так продолжит, вчерашнее опять повторится.
Я уже снова мокрая, и это ненормально.
Ведь думать мне совсем не хочется.
Я только обхватываю шею Рейеса крепче, когда он поднимает меня на руки и несет в комнату.
Я вздрагиваю, когда его губы смыкаются на моем соске и слегка втягивают его. Мне безумно хорошо и хочется еще так.
Как угодно… потому что мне впервые в жизни хочется просто… отдаться.
Рейес то целует, то облизывает всю мою грудь, то слегка прикусывает ее. Прямо, как тогда, когда он делал это в первый раз.
Только сейчас мои ощущения намного острее.
У Рейеса было столько женщин, что он научился… доставлять удовольствие.
Почему-то думать об этом мне мерзко.
А потом он целует меня в живот. Совсем внизу.
И я слышу тихие слова, будто Рейес и не понимает, что говорит вслух:
— Язык — совсем не больно. Язык — это очень приятно, Клара.
Глава 12. Коварство. Диего
ДИЕГО
Игра хороша, когда ты понимаешь, что играешь. Иначе это уже — жизнь.
Если заигрываешься, ты получаешь по морде. Унизительно и противно.
Особенно нужно смотреть в оба, когда так и тянет заиграться.
А с чикой меня тянет. И к ней меня тянет так, что постоянно стоит. И ладно бы это. Я молодой и здоровый, у меня в принципе хорошо стоит.
Самое херовое, что с Анхелой Рубио я отлично выспался.
Без кошмаров, без оскаленных мертвых
рож, блевотины и всего дерьма, в котором я живу.






