— В твоем случае, скажем… мама не одобряла ничего хищного и…
— … для девушки крылья — это красиво, а звериные глаза — слишком нескромно. Слишком сексуально.
— Да, — парень хохотнул. — Вот такая у тебя была мамаша, с вывертом по части девичьей чести.
Глава 25
Глеб
— Ты странный, — заметил Джей.
— Вообще
или…? — уточнил я.
— После концерта. Странный, молчаливый и утопленный в себя.
— Погруженный, а не утопленный. Хотя… может, и так.
Я со вздохом откинулся на спинку удобного мягкого стула. Парень прав: что-то меня слегка… унесло. Пора возвращаться в реальность. А в реальности мы с Джеем в уютном гастропабе под названием «Оазис», поедаем огромную порцию рагу — простой, вкусной и сытной пищи, по которой я так соскучился. На десерт у нас пирог с бататом и «русское мороженое», сливочный десерт в традиционном вафельном стаканчике. Сто лет не ел столь дивной пищи.
Помимо «хлеба» нам обещали зрелища: появление аборигенов прямо в гастропабе. Особо смелым и отчаянным можно рискнуть и сделать фото с ксеносами. Честно говоря, мне плевать на иглоголовых, я не из категории любителей ксенотуризма. К тому же я уже видел поркупинов на концерте, это появление стало чем-то вроде особой фишки выступления Матиссы Каато, Женщины Бури или как там ее.
Но я не мог перепутать. Просто не мог. Никакая это не Матисса, а моя старая, не скажу, что добрая, приятельница Елена Гольдберг. Черт возьми, какие же у нее ноги! И плечи! Как
я мог не разглядеть все это при нашем единственном неудачном свидании?
Но дело не в ногах и плечах, дело в ней самой. В ее танце. Откуда в ней это? Почему, глядя на ее то стремительные, то плавные движения на сцене, я не мог избавиться от комка в горле… и странном болезненном чувстве в груди. И эта горечь — боль на душе, словно где-то рядом двери в волшебный мир, а я потерял шанс найти вход.
— Птица со сломанным крылом, — пробормотал я, глядя в тарелку, но ничего не видя.
Джей понял мою фразу по-своему:
— Это шоу было прекрасным, — серьезно кивнул он. — Я плакал. И не стыдился своих слез.
Да, вы каалаханцы такие. В некоторые моменты не стыдитесь мужских слез, даже считаете это особым проявлением мужественности. А я вот стыжусь.
Я бы мог, наверное, ее выдать. Рассказать прессе, кто скрывается под именем «Матисса Каато», устроить маленькую месть. Разумеется, я не стану этого делать. Нужно просто выкинуть девочку Леночку из головы. Мало ли кто и как развлекается. Я вот тоже планирую записаться на экскурсию по Масай-рок. Вопрос только в том, замечу ли я что-нибудь на этой, не буду спорить, удивительной планете, если перед глазами до сих пор трепещут белые крылья.






