Это был дурной знак, но, по крайней мере, у него больше ничего не болело. Вся боль ушла, уступив место разливающемуся по телу теплу и желанию уснуть… и ощущению, словно он тихо куда-то уплывает. Его веки отяжелели.
— Джер! Джер! — послышался хриплый шёпот.
Открыв глаза, он увидал перед собой лицо Морены. Она плакала. Вот дьявол, это уже правда плохо. Джер не видел её плачущей с того времени… когда же это было? Они были тогда ещё совсем маленькими…
"Джер, ты слышишь меня?" — сейчас она говорила с ним мысленно.
Джер опять закрыл глаза и попытался придумать что-либо, что успокоило бы её.
— Мне тепло, — прошептал он.
— Нет! Не смей! — почти прорычала Морена.
Она оглянулась, и Джер увидел Кларка и Хезер, подползавших к нему. Вокруг них сиял золотистый свет.
— Какие вы хорошенькие! — сказал он. — Прям ангелы.
— Сейчас не время для твоего дурацкого юмора! — заорала Морена.
— Перестань! Не ори на него. — Это был голос Кларка.
Он тоже плакал, и слёзы, вытекающие из его глаз, восхитительно сверкали. Он потянулся к Джеру и дотронулся до его плеча — и это было замечательно, хотя Джер почти ничего не ощущал. Он мог только видеть.
— С ним всё будет хорошо, — хрипло произнесла Морена. — Он потерял много крови, но всё обойдётся.
Кто-то ласково убрал ему волосы со лба. Он почувствовал, как это приятно. Он слегка нахмурил брови, смотря на Морену:
ему хотелось сказать ей что-то важное, только говорить было трудно.
— Скажи Хезер… — прошептал он.
— Скажи ей сам, чудо ты моё… Она перед тобой! И ты никуда не денешься.
Джер прищурился, с трудом всматриваясь.
Да, это была Хезер. Это она гладила его по голове.
— Хезер… Это пророчество… Я разгадал, что такое два бессонных глаза… Это Солнце и Луна, понимаешь? Два ока… для того, кто принадлежит двум мирам.
— Миру Дня и Миру Ночи, — тихо произнесла Хезер. — Ты понял это, Джер. Это здорово!
— И кровь, — прошептал Джер. — "Сила в крови" — вот почему я не могу делать это всегда, когда мне хочется. Прежде чем я смогу высвободить Силу, должна пролиться кровь. Первые два раза Кларк до крови оцарапал меня. А сейчас… — Его голос затих.
Да и о чём говорить? Он знал, что сейчас все видели кровь.
— Это тоже здорово, Джер! — Голос Хезер прозвучал хрипло. — Ты разгадал это. И ты спас нас. Ты всё сделал правильно.
— Но… теперь останутся лишь три Неукротимые Силы…
— Нет, не останутся! — разозлилась Морена. — Послушай меня, Джер. У тебя нет никаких причин умирать…
У Джера уже не осталось сил, чтобы смеяться или спорить с ней.
Он только тихо прошептал:
— Дерево… это яд.
— Нет! Для человека это не яд! А ты наполовину человек. Ты вампир, на которого не действует то, что убивает человека, и ты человек, которого нельзя отравить деревом.
Но Джеру было лучше знать. Он уже почти ничего не видел.






