Джер знал, как скончались его родители. Его маму охотницы на вампирш прикончили сразу. Папу смертельно ранили, однако до того, как умереть, он сумел добраться вместе с пятилетним Джером до дома своей сестры. Тётя Брэй вырастила его, и она не единожды рассказывала ему эту историю. Только этот вопль… Он ничего не означает! Он не может что-либо значить. Он, Джер Редферн, гораздо более чистый вампир, нежели кто-то другой и даже чем Морена! Он относится к ламиям — вампирам, способным продолжать род, и его семья самая могущественная. Его тётя Брэй — вампирша, папа тоже являлся вампиром и папа папы тоже… Все его предки, вплоть до самой Ханны Редферн, — вампиры. Однако его мама… Что ему известно о семье мамы? Ничего. Тётя Брэй всегда говорила только, что они — выходцы с побережья на Востоке. Джер вздрогнул. Он боялся задать себе следующий вопрос, однако он сам появился в его голове.
А что, если его мама была смертной?
Получается, и Джер может являться… Нет! Не может быть. Не может быть лишь потому, что правила Ночного Мира запрещают вампирам с вампиршами влюбляться в смертных.
Поэтому в Ночном Мире не могло образоваться никаких полукровок от браков между вампирами да смертными. Их не было на протяжении 20000 лет. Любой из них считался бы отребьем… Озноб охватил его сильней. Он медленно встал, рассеянно посмотрев на вскрикнувшую от страха хулиганку. Сейчас ему было не до неё…
Однако если это правда… Это не могло являться правдой, но если это правда… тогда ему придётся оставить всё. Тётю Брэй…
Собственную банду… И Морену. Он должен будет оставить Морену. При мысли об этом его горло почему-то судорожно сжалось. И должен будет уйти… только куда? Где найдётся место для отребья — получеловека-полувампира? В Ночном Мире для них места нет. Это уж точно. Любой его обитатель обязан прикончить такое создание. Хулиганка опять всхлипнула. Джер моргнул и перевёл взгляд на неё. Невероятно, но вдруг он понял, что больше не может думать об убийстве. В мозгу Джера будто заработал счётчик: сколько же людей он искалечил за эти годы, сколько убил… Джер запаниковал. Ноги больше не слушались
его, колени ослабли.
Что-то сдавило грудину… Со всех сторон на него надвигался мрак.
— Проваливай, — прошептал он хулиганке.
Та закрыла глаза.
Потом сказала или больше простонала:
— Ты же догонишь меня…
— Нет.
Однако Джеру был ясен её страх. Он был охотником. Ему удалось поймать много людей. Много смертных… Содрогнувшись, Джер закрыл глаза. Он словно увидел себя в зеркале, и это было невыносимо. Это был не Джер — гордый, неистовый и красивый. Это был Джер-убийца.
" Я должен остановить остальных".
Мысленный зов, который он послал, являлся скорее криком:
"Всем! Это Джер.






