В дверь моих новых комнат робко постучали. Я открыла. За дверью обнаружилась Ефросинья Антоновна с подносом, на котором стояла чашка с чаем и тарелка с румяными ватрушками.
– Я завтрак... подумала, что теперь… лучше я принесу тебе… Вам… сюда. – сбивчиво заговорила женщина.
– Или Вы теперь… лучше в столовую пойдёте? Там теперь Вас будут кормить всем самым лучшим, на выбор, и бесплатно, так
что, мои завтраки, наверное, уже не нужны?
– Заходите, Ефросинья Антоновна, - я взяла у женщины поднос и шире распахнула входную дверь. – Завтрак в Вашей компании для меня - лучшее времяпровождение за целый день. Не лишайте меня этого удовольствия, пожалуйста.
Когда мы устроились за столиком в моей новой гостиной, комендантша первой начала беседу.
– Александр Неонилович всё беспокоился, чтобы Вы каждый день хорошо завтракали, говорил, что совсем мало чего покупаете в столовой в обед и, вообще, не приходите туда на ужин.
Я прожевала и запила чаем кусочек ватрушки и притворно равнодушно спросила:
– Алекс значит, интересовался, завтракаю ли я с Вами?
– Так это ведь он оплачивает все продукты для наших завтраков! Я сама хотела, но он настоял. И чайный лист всегда сам покупает, – даже всплеснула руками комендантша. – А ещё, помните, Вы как-то сказали мне, что Вам очень салата из молодой капусты с огурцами и зеленью хочется. А ведь ещё не сезон! Так он в какую-то оранжерею или теплицу к Земляным магам порталом ходил за всем необходимым, и на следующее утро салат стоял на столе. Помните, как Вы обрадовались?
– Помню…
– А, уж он как доволен
был, что угодил Вам!
– Я не знала.
– Так, Александр Неонилович строго-настрого приказал никому не говорить. Я же с самого начала предупреждала, что отец его – архимаг и он точно будет против отношений своего сына с Вами. Так и вышло. Парнишка тайком о Вас заботился. Теперь-то, всё иначе. Больше не нужна вам ничья забота.
– Нужна, Ефросинья Антоновна! Очень нужна! Не бросайте меня, пожалуйста! У меня здесь, никого, кроме Вас нет. – я обняла женщину.
На эти слова она даже прослезилась.
А потом я пошла на занятия…
На меня смотрели все. Абсолютно. Я шла по общежитию, потом, по территории, по коридорам в корпусах, и, будто, на сцене выступала. Наверное, так себя манекенщицы чувствуют, когда наряды демонстрируют. И как они только не спотыкаются под прицелом сотен глаз? Впрочем, я быстро привыкла. Привыкла к тому, что разговоры смолкают, при моём приближении, к льстивым улыбкам и многословным приветствиям, обращённые ко мне, к тому, что теперь моя семёрка исправно занимает мне место и за право сидеть рядом со мной с ними воюют остальные первокурсники нашего факультета. Даже в столовой, в отдельном зале, я никогда не сижу за столиком одна.






