— Ты, кажется, плохо понимаешь последствия, милая!
Голос Андрея Сперанского Лана помнила по нескольким студенческим вечеринкам, так что узнать невидимого пока говорившего труда не составляло. Вот только бархат тембра порядком поизносился, засалился, потускнел, и через прорехи явственно проглядывали истерика и… да, кошка не могла ошибиться. Доктору Сперанскому было страшно.
А вот Дезире, кажется, не было. Препараты ли были тому причиной или что-то другое, но в её:
— Я не знаю, почему! — Лана слышала усталость и безразличие, но не страх. И, кстати, не почудилась ли ей нотка злорадства?!
— Думай, девочка! Думай! У нас не так уж много времени, на Атлантиду мы должны вернуться уже с готовым результатом, а ты не можешь задать параметры? Или не хочешь?
Ещё одна пощёчина. Возглас боли.
— Дурочка, ты никому не нужна, кроме меня!
Из-за перемигивающегося огоньками шкафа слева выглянул Тим. Кивнул. Справа подмигнул Солджер. Альта Лана не видела, как и Забродина, о местонахождении Тины, Радара и Тани могла только догадываться, но на коммуникатор упало сразу несколько сообщений о порядке и тишине. Ну, что ж…
— Открою тебе секрет: преступники — а ты преступница! — не интересны ни богачам вроде твоей бабки, ни политикам вроде твоего папаши! Никто не станет тратить деньги и марать репутацию ради тебя! Так что либо ты работаешь, и работаешь как следует, либо сдохнешь в тюрьме!
— Враньё, — спокойно и громко проговорила Лана, выходя на сравнительно открытое место. Пустые руки она подняла высоко над головой: кто знает, что придёт в голову этому кретину?
Теперь она видела обоих. В кресле перед огромным монитором, испещренным какими-то формулами, съёжилась Дезире. Обе её щеки были красными, а по левой, к
тому же, стекала кровь из рваной ссадины. Обходительный, демонстративно козыряющий прекрасными манерами доктор Сперанский не счёл нужным снимать массивный квадратный перстень перед началом воспитательного процесса.
В правой руке, как с неудовольствием заметила Лана, он сжимал рукоять пистолета. Так, ничего особенного, пукалка для болванов, которые наивно полагают само наличие оружия гарантией безопасности для себя и источником страха для окружающих.
Но неприятно. Дезире совсем рядом, а успеет ли Тина? Зависит от того, куда попадёт этот белоручка. Пистолет — не гены, тут не художества нужны, а сноровка, доведенная до автоматизма. Хуже того: когда Сперанский обернулся на голос, разума в его глазах почти не наблюдалось. Неадекватен и вооружён. Приплыли.
— Враньё, — повторила лейтенант Дитц, плавно делая один скользящий шаг вперёд. — По всем пунктам. Привет, Дезире! Помнишь меня?
— Ты… ты кто такая?! Охрана! — почти взвизгнул Сперанский.
— Караул устал! — фыркнула Лана.






