Голос Солджера прозвучал почти неожиданно:
— Вот что. Давай всё с начала. Майор Солдатов, Российская Империя, Служба исследований и информации.
Над браслетом на левой руке Солджера золотом и кармином переливалась известная всем специалистам определённого профиля голограмма: двуглавый орёл на фоне щита и меча.
— Первый лейтенант Дитц, Галактический Легион, — отозвалась Лана, поднимаясь на ноги. Змеи вокруг головы Медузы Горгоны, возникшей над браслетом, извивались, раскрывая пасти
в беззвучном шипении.
Мрина была уверена, что Солдатов если и не сталкивался уже с «красоточкой» лично, то как она выглядит и кто такие «горгоны», знает наверняка. И точно так же, как она сама, сейчас прикидывает варианты.
Военная разведка одного государства встретилась с контрразведкой другого. Повода для драки — пока что — не было, а дальше… посмотрим.
— Так я и думал. Хорошо. Это выяснили. Мое командование хочет проконсультироваться с твоим.
— Полковник Горовиц, шеф разведки Галактического Легиона, ожидает сеанса связи, — кивнула Лана. — Код дать?
— Да уж без нас разберутся, — Солдатов пробежался пальцами по браслету и удовлетворенно хмыкнул. — Давай так… завтра… то есть сегодня, конечно… в полдень встретимся в «Баре» и обсудим ситуацию. Думаю, к этому моменту начальство договорится.
— Ну, если начальство договорится — так и мы не подкачаем, — усмехнулась Лана. Русский язык давался ей теперь куда легче, чем в начале встречи. — Всё, парни, я спать.
Она была уже в дверях, когда спину фамильярно огладил ехидный вопрос Озерова:
— Одна?
Лана, не оборачиваясь, вскинула над плечом правую руку с оттопыренным средним пальцем и свернула к лестнице.
К полудню все следы ночной бури исчезли. Экваториальное солнце исправно делало свою
работу, даже луж не осталось. Над входом в бывший «Бар» красовалась новешенькая вывеска «Чёрный треугольник».
Облаченная в легкомысленный пёстрый саронг и сандалии Лана пришла пешком. Торопиться было некуда, а вот подумать стоило о многом.
С час назад мрина проводила Хельгенбергера и Крамера до ожидавшей на частном квадрате роскошной яхты.
— Отправляйтесь, сенатор, — сказала она.
При свете дня ночная фамильярность стала неуместной. И почувствовавший это Крамер не возразил против официального обращения.
— Отправляйтесь. Здесь вы ничем не поможете, более того — рискуете помешать. Обещаю держать вас в курсе…
— Насколько позволит обстановка, — кивнул отставной полковник Планетарно-десантного Дивизиона. — Понимаю. Удачи, лейтенант.
Он уже поднялся по трапу, когда Лана обратилась к стоящему рядом Хельгенбергеру:
— Том! Делай что хочешь, но нервный папаша не должен путаться под ногами ни
у меня, ни у тех, с кем я сотрудничаю. Способ на твоё усмотрение.






