Стоило мне только подумать об этом, как нога зацепилась за какую-то корягу, и я кубарем полетела на землю, хватаясь за высокие травы в отчаянной попытке уж если не удержать равновесие, то хотя бы замедлить свое падение.
От удара оземь последний дух вышибло из груди, но я все равно нашла в себе силы перевернуться на спину, чтобы лицом к лицу встретить своего преследователя.
— Попалась, мышка! — его голос звучал ровно, он даже не запыхался.
Закатное солнце косо било в спину мужчины, озаряя и подсвечивая его волосы и кожу розоватым и золотым.
Из моей груди вырвался только хриплый стон, так как сбитое дыхание все никак не могло прийти в норму.
— Что же мне с тобой сделать? — задумчиво произнес человек, складывая руки на груди, будто не он только что гнал меня через поле, будто и правда не знал, что делать. Однако, его цепкий оценивающий взгляд, откровенно шарящий по моим губам, шее, ключицам, опускающийся ниже и ниже, говорил о том, что решение уже принято.
Он опустился на землю у моих ног, но глаза смотрели в мои глаза неотрывно и хищно, впитывая в себя мои эмоции, как хлопковое полотно за мгновение вбирает в себя пролитую воду. А я, как кролик, замерший под гипнотическим взглядом
удава, не в силах ни пошевелиться, ни крикнуть, ни моргнуть.
Я почувствовала, как горячие руки сжали мои щиколотки, разводя их в стороны, и как сердце забилось в груди так яростно, что стало больно.
Не в состоянии издать ни одного членораздельного звука, я просто открывала и закрывала рот, стараясь унять жжение в легких, вернуть себе возможность дышать. И как в дурном сне, как в бреду, все смотрела и смотрела в черные глаза.
А наглые уверенные руки преследователя тем временем начали движение: огладили мои лодыжки, легкими нажимами пробежали по икрам, коснулись коленей. Легкая льняная юбка, покорно подчиняясь властным движениям мужчины соскользнула по согнутым в коленях ногам, складками ниспадая на живот. Я почувствовала дуновение легкого ветра на внутренней стороне бедра, от чего непривыкшая к таким ощущениям нежная кожа покрылась мурашками.
— Мне понравилась погоня, — голос моего преследователя прозвучал с хриплым призвуком, — а тебе? Ты почувствовала, как внутри
рождается нечто дикое, необузданное? — его лицо выглядело хищно, как будто из глубины зрачков на меня смотрел не человек, а зверь. Он наклонился к моему колену, с тихим рыком потерся о него подбородком — щетина наждачной бумагой царапнула кожу. Мужчина улыбнулся и укусил это же место. Не укусил — прижал зубами, как будто помечая, ставя клеймо. Затем провел по нему языком.
Мое сердце ухнуло вниз.
— Хочешь, я дам тебе еще один шанс убежать? — он смеялся надо мной, прекрасно понимая, что у меня уже нет сил продолжать бегство, что я никуда от него не денусь.






