Просто подал ей сигнал, и она вставила карточку в свое портативное устройство.
Я подождала, пока она уйдет, чтобы сказать:
– Спасибо.
– Он вернул бумажник в карман, и когда его напиток оказался у него в руке, я протянула свой в его сторону.
– Хотя этот раунд должен быть за мой счет, ваше здоровье.
Он посмотрел, как наши бокалы чокнулись, а затем его глаза медленно поднялись на меня.
– Ваше здоровье.
Это были два слова.
Два простых слова.
В комбинации букв не было ничего особенного.
Но когда они прозвучали из уст Джареда, смешавшись с хрипотцой его голоса, по моей коже разлилось тепло, и я невольно улыбнулась.
Он ничего не заметил. Теперь его взгляд был прикован к стакану, который
он подносил к губам. Джаред сделал один глоток, прежде чем поставить его на стол.
Я сделала то же самое, остановившись, когда услышала звон в динамике и последовавшее за ним объявление.
– Капитан выключил знак «пристегните ремни». Теперь вы можете свободно передвигаться по салону.
Я отстегнула ремень безопасности и скользнула на край сиденья. Это было единственное, что мне не нравилось в том, чтобы сидеть рядом с окном.
– Теперь моя очередь, - сказала я ему, когда его взгляд вернулся к газете.
Джаред быстро взглянул на меня, а затем встал, пятясь в проход. Держа в руках свой кофе и мимозу и закрыв столик с подносом, я прошла мимо его места и ступила в пространство перед ним.
В обычной ситуации я бы и не подумала о такой близости. Живя на Манхэттене, мы привыкли к тесным пространствам на тротуарах, в поездах, в наших маленьких квартирах.
Но мой разум не был полон пустоты, когда я стояла перед Джаредом.
И эти мысли, на данный момент единственные, заставили меня остановиться.
В этот краткий миг я снова вдохнула его запах и тепло его тела, которое было в нескольких дюймах от меня, и удивилась, почему он не дал мне больше места. И, повернувшись, я прошептала:
– Спасибо, - прежде чем направиться в переднюю часть самолета.
ДЕСЯТЬ
ХАННИ
ВЕСНА 1984
Пока Хани смотрела на красивого доктора, в ее голове начали прокручиваться воспоминания об их первой встрече. Это произошло неделю назад и произвело на нее сильное впечатление.
Вот почему она удивилась, что не узнала его, когда он вошел.
– Прошлой ночью вам было слишком больно, - сказал он.
– Я знал, что вы не уловили связи.
Хани согласилась.
– Я не могла открыть глаза, но у меня нет оправдания на сегодня.
– На ее лице отразилось смущение, и ей захотелось зарыться под одеяло.
– У вас была анестезия, и мы держали вас на медикаментах. Поверьте мне, я не буду держать на вас зла, - теперь он ухмылялся, и Хани поймала себя на том, что делает то же самое, как и тогда, когда она встретила его в отделе транспортных средств на прошлой неделе.






