Я притянул ее руку ближе, заставив врезаться в меня.
— Хочешь сказать, что я не в форме.
Она рассмеялась.
— Я говорю, что мы должны бегать по утрам в парке, а не в твоем спортзале. Я имею в виду, посмотри на это.
Ее золотистые глаза изучали открывающуюся перед нами панораму. Ландшафт был усеян оранжевыми, красными и желтыми пятнами. Зелень, царившая все лето, уступала место неизбежности перемен.
Мой спортзал был безопасен. Этот парк нет. Но вместо этого я представил ей другое оправдание.
— У меня есть мониторы в тренажерном зале, где я могу следить за новостями и изменениями на рынках. Кроме того, ты не бегаешь каждое утро.
— У тебя только одна беговая дорожка.
— Я куплю вторую, — предложил я.
— Прекрати. Тебе не нужно ничего покупать. — Ее улыбка стала застенчивой. — Кроме того, все в порядке. Я соглашусь на нашу обычную утреннюю тренировку.
Мои губы дрогнули, а скулы приподнялись.
— Я пропустил утреннюю тренировку.
— Я тоже, — ответила она еле слышным шепотом, как будто боялась, что остальные вокруг нас могут услышать нашу тему разговора. А потом я увидел розовые щеки Чарли и рассмеялся. Судя по
выражению ее лица, любой, кто смотрел в нашу сторону, мог понять, о чем мы говорим.
— Нокс, — она повернулась ко мне со всей серьезностью. — Я позвоню Брайсу и скажу, что ничего не вышло.
— Нет.
Я не хотел, чтобы она говорила, писала или посылала ему дымовые сигналы. Если письмо пришло от него, значит, он знал о "Деметрий Энтерпрайзис" больше, чем следовало бы, слишком много.
Ее улыбка и румянец исчезли.
— Я уважаю твое мнение, правда, но не спрашиваю. Я же тебе говорю. Я уже думала об этом и звоню ему.
— Принцесса, я вовсе не чокнутый, — я не собирался позволять ей забыть титул, который она дала мне в "Дель-Маре" после нашего бурного соединения на заправке. — Прежде чем ты позвонишь, позволь Делорис сделать свое дело. Давай убедимся, что это он написал записку. А если нет, то он и понятия не имеет, о чем ты говоришь.
Она нахмурилась, обдумывая мой аргумент.
— Не понимаю, как она могла подумать, что это может быть кто-то другой. Кто бы мог знать такие вещи?
У нас было достаточно времени до ее занятий, а свидетельские показания должны были начаться только после перерыва на обед. Я потянул ее за руку, чтобы она остановилась, и повел нас к скамейке в парке. Когда мы остановились и сели, впервые с тех пор, как покинули квартиру Патрика, я увидел свою охрану.
Это были не Айзек и не Джерред. Они оба припарковались возле библиотеки Колумбийского университета. Это были люди, которых Делорис держала рядом. Я знал имена, но наше взаимодействие было минимальным, или, по крайней мере, так должно было быть.
— Чарли, — я искал нужные слова.
Ее золотистые глаза расширились, сверкнув на солнце, пробивающемся сквозь листву.






