А ты не уподобляйся базарной клуше! Всё должно быть законно! Потерять трон из-за бабьей дури, я не собираюсь. Сначала погребение короля и его отпрыска. Потом отречение Анны, ведь короля-то нет, а на троне может сидеть только Сарнийский, либо замужняя Сарнийская с проявленным даром. А там и сдохнет. По дороге, или в трактире, где остановится ночевать. Разбойники решат ограбить бывшую королеву. А через год-другой от болезни скончается и уже ненаследная принцесса. Она вообще очень болезненный ребёнок.
Я в ужасе отшатнулась от стены, за которой озвучили приговор мне и моей матери. Знала я теперь и кому мстить за смерть отца и брата. Забившись в глухую нишу среди переплетений тайных
коридоров, я разрыдалась. От страха, от боли, от осознания, что сильного папы и доброго брата больше нет. И заступиться за нас с мамой некому. Никто в этом замке не подаст свой голос в нашу защиту. Никто. Даже понимая, что происходит, все будут только наблюдать со стороны, как дядя нас убивает, чтобы наверняка никто не стоял между ним и троном.
Вокруг резко похолодало или мне так показалось из-за резко сжавшегося в груди сердца. Воздух зазвенел сотнями льдинок, заискрился. Грудь наполнилась запахом мороза. Кожу закололо, словно я вышла на мороз. Стало так больно, как будто я мгновенно промерзла. Боль выгнула мой позвоночник и заставила закричать.
Но вместо крика изо рта и из раскрытых ладоней вырвался настоящий снежный буран, мгновенно засыпавший коридоры на сколько хватало глаз снегом и украсив стены пушистой бахромой инея. Стоя на коленях между стен замка, упираясь руками в пол, чтобы не упасть, я понимала две вещи. У меня пробудился наследный дар Сарнийских и моё детство закончилось.
Как позже выяснилось, промерзло тогда пол замка. Но все списали это на гибель короля. Мол, так сработала защитная магия замка. Но в тот момент, я этого не знала.
Я встала и пошла в кабинет отца. Точнее, в его потайную часть. Сначала опираясь на стену и шатаясь, потом всё увереннее, словно покинувшие меня силы постепенно возвращались.
Шла я за печатью. Именно она открывала комнату короля в сокровищнице.
Минуя стопки слитков золота и просто огромные сундуки чеканных монет, я торопилась в самый тёмный угол. Туда, где после россыпей драгоценных камней и рядов парадных доспехов королей прошлого, лежали сваленные в кучу поломанные магические посохи, мечи Сарнийских и древние знамёна.
Открыть эту комнату можно было только кровью, даром и печатью, той самой, чей оттиск стоял на договоре с правителем элдаров.
Простой камень стен, никаких украшений, только каменный постамент с простым железным обручем с тринадцатью зубцами. Вот она — настоящая корона Сарнийских.






