Дикарь, которым ты являешься, вырастит дикаря, которым он станет. Ни одна женщина не полюбит его. Все твои козни, твой обман привели нас к этому, — Изабо вцепилась в одеяло так, что побелели костяшки пальцев, и с трудом поднялась. — Ни одна рождённая женщина никогда не полюбит тебя, — сказала она. — И сын погубит отца.
Её рот искривился, и она сплюнула, точно прицелившись. Баллард вытер со щеки горячую слюну. Будь у него менее прагматичный ум, ему показалось бы, что она обожгла его кожу. Усилие полностью истощило женщину, и она рухнула на подушки, закрыв глаза, дыхание со свистом вырывалось из её рта. Несмотря на ядовитые слова, он оставался у её постели, бодрствовал и изнемогал, пока дыхание Изабо не стало поверхностным, затихло и, наконец, прекратилось. Её смерть была более мирной, чем жизнь. Он оставил её наедине с женщинами и обнаружил, что Эмброуз ждёт его в коридоре.
Часть его испытала облегчение. Вечные ссоры и препирательства прекратились. И всё же он сожалел. Они заключили сделку, и она выполнила свою часть соглашения. Он почтил бы её по-своему, дал бы ей свободу, а то и любовника, которого она так отчаянно жаждала. Он не желал её смерти, не молился о ней, но и не горевал о её кончине.
— Всё кончено, — сказал он.
В мерцающем свете факелов глаза Эмброуза сверкнули.
— Вы уверены?
— Да. Своими прощальными словами она вверила мальчика мне вместе с ненавистью. Потом плюнула в меня.
Брови колдуна сошлись на переносице.
— Что именно она сказала,
господин
? Каждое слово. Мне нужно их услышать, — Баллард повторил их. Эмброуз пробормотал несколько эпитетов и принялся расхаживать по комнате. — Её ненависть к вам была глубока. В отместку она прокляла собственного сына.
Баллард пожал плечами. Эмброуз был подозрительным, и Изабо всегда нервировала его.
— Я не верю в проклятия.
Маг
фыркнул.
— Сейчас самое время начать. Изабо обладала неконтролируемой магией. Проклятия, выпущенные левой рукой, сильны, даже если ими владеет неквалифицированная рука.
Баллард направился к лестнице.
— У меня нет времени выслушивать твои мрачные предсказания, Эмброуз. Мне нужно растить сына и похоронить жену.
Эмброуз поспешил догнать его.
— Где вы хотите её похоронить? С её розами?
Он замолчал, услышав вопрос. Будь она не его женой, он, возможно, подумал бы об этом, но она была леди Кетах-Тор. Умерев, она будет лежать в семейном склепе, рядом с жёнами лордов, которые были до неё.
— Нет. Женщины подготовят её. Её похоронят вместе с остальными членами семьи.
Границы между вассалом и подданным истончились, когда Эмброуз схватил его за руку.
— Ты уверен, Баллард?
— Она была моей маркграфиней [
прим.






