Я выламываю двери и вижу машины, выезжающие со студенческой парковки, но чего я не ожидаю, так это найти четырех восхитительных мужчин, слоняющихся вокруг моего байка. Это зрелище заставляет меня замереть, и на какое-то мгновение все, что я могу сделать, это смотреть,
потому что они смотрят не на мой байк, а на меня.
Я судорожно вздохнула, прежде чем натянуть свое отмеченное наградами сучье лицо. У меня есть это. Я могу справиться с кучей придурков, которые хотят меня запугать. Вот с таким дерьмом я живу.
Спрятав шлем под мышкой, я направляюсь к студенческой парковке, и с каждым шагом их глаза сужаются все больше.
Возбуждение бурлит во мне до тех пор, пока я едва могу себя контролировать. Почему меня так волнует мысль залезть им под кожу?
Затянувшиеся студенты останавливаются, чтобы посмотреть, и чем больше у меня зрителей, тем смелее я начинаю себя чувствовать. Что бы они ни захотели бросить, я готова тут же подобрать и уничтожить.
Я добираюсь до парковки и иду прямо к ним, мой байк все еще заблокирован Escalade Карвера. Все четверо продолжают пялиться, и когда я сканирую их взглядом, я понимаю, насколько это будет весело.
Кинг наблюдает за мной так, словно пытается понять, насколько сладкой я буду на вкус, а Круз выглядит так, будто пытается вычислить, в скольких различных положениях он может согнуть мое тело. Карвер и Грейсон — они разные. Они смотрят на меня так, как будто одно мое существование им оскорбительно, и именно эта мысль гонит меня вперед.
Я вхожу в нелепый маленький круг, который они образовали вокруг моего байка, и бросаю рюкзак на сиденье.
— Привет, мальчики, — говорю я, оглядываясь на них и вешая
шлем на руль своего Ducati. — Вы заблудились? Может, я и новичок здесь, но я уверена, что справлюсь с указаниями, как пройти к Escalade прямо за тобой.
Ухмылка скользит по губам Круза, когда его взгляд скользит по моему телу.
— Я могу ошибаться, парни, но я думаю, что эта хорошенькая штучка просто сказала нам отвалить.
— Нет, нет, — говорю я, изучая его тело так же, как он изучает мое. — Когда я скажу тебе отъебаться, ты это поймешь.
Кинг усмехается, и я, даже не глядя в его сторону, роюсь в рюкзаке и вытаскиваю пачку сигарет и зажигалку, которые купила в магазине сегодня утром.
— У тебя есть яйца.
При этих словах из меня вырывается смех, и я не могу не смотреть в его голубые, измученные глаза. Я вытаскиваю сигарету и обхожу свой байк, ставя себя прямо перед Кингом, когда я оцениваю его.
— Ну, — бормочу я низким, соблазнительным шепотом. — Кто-то должен.
Его взгляд становится жестким, и я поворачиваюсь лицом к остальным трем.
— Какой у тебя здесь большой план? —
спрашиваю я, пока Кинг не получил шанс выплеснуть мне еще немного своего дерьмового бреда.






