Взгляд профессионала подсказал мне, что падение с такой высоты, не могло сильно навредить, но вот одежда показывала, что он получил раны от тех самых черных птиц, что с таким остервенением поливали его огнем и рвали своими клювами. Я присела перед ним и с трудом повернула тело. Спереди он был еще более растерзан. Из прорех одежды сочилась кровь, обожженные лицо и руки почернели и вспухли волдырями, белые длинные волосы были опалены, глаза прикрыты, и лицо с резкими и крупными чертами побледнело и осунулось, видимо от кровопотери. Прислонив к шее пальцы, поняла, что он еще жив, но находится на грани, так как уже холодело тело и обострились черты лица. И тут у меня уже прошел страх, надо было спасать раненого и как можно скорее. Его жизнь была в моих руках. Я попыталась, осторожно касаясь, расстегнуть камзол. Это было достаточно сложно, так как тело тяжелое, а одежда слишком плотно облегала его. Повозившись, смогла снять и обнажить всего, поворачивая из стороны в сторону. Наконец рассмотрела его полностью. Он был невероятно красив! Просто невероятно! Такого я еще не видела. Это при моей-то профессии! Я даже залюбовалась! Широкие плечи, мощный плотный торс, узкие бедра с крепкими икрами ног, длинные руки. И даже мужское достоинство было большим и четко обозначенным. Только некоторые странности отвлекали от созерцания красивого тела. Я не могла сразу понять, но потом, пальпируя его, увидела, что тело было лишено волосяного покрова. Совсем! Как после депиляции. А кожа под пальцами гладкая, атласная, цвет светло-золотистый, как будто пропитанный солнцем и достаточно плотная.
— Да-а-а! — покачала головой, — Такой красоты не встречала на земле ни у женщин, ни тем более у мужчин.
Тут он вздохнул и застонал под моими пальцами. От испуга, одернула руку и уставилась с тревогой в его лицо. Приоткрылись глаза, и я увидела, что они были синего, скорее даже цвета индиго, темно-синие с круглыми черными зрачками. Он вновь застонал и прикрыл веки.
Склонилась к лицу.
— Вы слышите меня? Эй! — тронула за руку. И тут же охнула от боли. Он захватил меня за предплечье и сжал его, пытаясь поднять голову.
— Больно! Отпустите! — попыталась освободиться. Но он давил все более, а потом вдруг разжал пальцы, откинулся со стоном
навзничь и затих. Видимо вновь потеряв сознание. Я со слезами растирала руку. Было очень больно, но понимала, что в этом его состоянии, он не осознавал свои действия и все вокруг принимал за враждебность. Потрясла кистью и вновь принялась прощупывать и осматривать. Кроме рваных ран, переломов не обнаруживалось. И это было уже неплохо. Перевернув на живот, снова прошлась по телу и бедрам и поняла, что теперь надо было немедленно сделать — остановить кровотечение, зашив раны.






