Ты еще молод и думаешь, что Кардинал даст тебе все: место под солнцем, семью. Но нет! Люди верят, что подданные могут простить государю все, даже убийство отца и матери, но только не несправедливо отнятое имущество. Потребуй то, что принадлежит тебе по праву, свои земли назад, и ты поймешь, что с ним обретаешь только тюрьму!
— Может, там мне и место. — Подавленно проговорил Анхель, исчезая во тьме, вместе с отступающими защитниками Бранденбурга. Направляясь к потайному лазу под внутренней стеной, он лихорадочно раздумывал, что именно расстроило его настолько сильно. Девушка. Имя. Малаком его называли только дома, разве мог это знать враг. Если только… его семьи уже нет в живых из-за него. От бессилия он стиснул кулаки так, что ногти до крови впились в основание большого пальца. Ладонь засочилась алыми каплями на изрытую землю, оставляя след от поля битвы к воротам внутренней крепостной стены. Защитники монастыря стекались во двор, помогая раненным. Дым от горящего во рве у внутренней стены дизеля закрывал небо и выедал глаза, но им удалось остановить первую волну наступления, и нападающие ни с чем исчезали в стелющемся предрассветном едком тумане как призраки.
Глава 32. Секрет Лёни
Запутавшись в собственных желаниях, Анхель поймал глазами силуэт Кардинала на внутренней стене. Ему не хотелось сейчас быть одному, но все, что происходило во дворе поместья, и ликования по поводу предстоящего рассвета были ему чужды. Все обитатели особняка высыпали на улицу, чтобы в зареве огня, охватившем ров, прислушаться к звукам ночного неба. Там, за стеной, сейчас шла настоящая бойня, где подоспевшие вампиры самого крупного азиатского континента схватились с потерявшими строй воинами недружественного союза
домов Европы, Африки и Северной Америки. Клочок земли, притулившийся на краю западного побережья, стал поводом для выхода накопившихся многолетних противоречий. И каждый пришел сюда, преследуя свои цели. Как и Анхель.
Этой ночью его нож, окропленный инфирмой, лишил жизни многих. И еще большее число вампиров превратил в инфирматов, необратимо изменив их статус в ночном мире. Парень взглянул на свои руки, покрытые засохшей коркой и направился в дом через кухню.
Перед глазами в красках предстал тот вечер, когда он подъехал к этому входу на краденом коне, и его Саша ждала его, вся в золоте в лучах заходящего солнца. Теперь здесь было пусто и холодно. Охраны на месте не оказалось, и дом был безмолвен. Последних оставшихся в доме женщин он видел на стене вместе с их парами.
Отмыв руки на кухне, он выпил воды, и желудок заныл, напоминая, что Анхель давно не ел. Ему некогда было подкрепиться в разгаре сражения, а стоило это сделать.






