ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мемуары капитана парашютно-десантного полка Дэвида Блейкли об его участии в составе взвода Следопытов в Иракской кампании 2003 года Первый в деле — официальный девиз одного из самых маленьких и секретных подразделений британской армии, взвода следопытов 16-й воздушно-штурмовой бригады. Неофициально, они незаконнорожденные сыновья SAS. И подобно их коллегам в Херефорде, работа следопытов заключается в том, чтобы действовать незаметно и незамеченными глубоко в тылу врага. Когда британские войска были развернуты в Ираке в 2003 году, капитану Дэвиду Блейкли было поручено командование разведывательной миссией такой критической важности, что она могла изменить ход войны. Это история о девяти мужчинах, действующих в одиночку и без поддержки, в 50 милях впереди отряда морской пехоты США и направляющихся прямо в осиное гнездо, кишащее тысячами вооруженных до зубов вражеских войск. Это первый рассказ об этой экстраординарной миссии — брошенной командованием коалиции, не оставленной без выбора, кроме как с боем пробиваться с заднего двора врага. И это дает захватывающее представление о самих следопытах, таинственном подразделении численностью всего 45 человек, которое занимается своим ремеслом с небес. Обученный спускаться с парашютом на вражескую территорию далеко за передним краем сражения — сбрасываясь с большой высоты, вдыхая баллонный кислород и используя новейшие технологии прыжков с парашютом — он уникален. Из-за новых правил, введенных с момента публикации «Браво Два ноль», почти десять лет не было сообщений из первых рук о британских силах специального назначения, ведущих современную войну. И ни один член «Следопытов» никогда раньше не рассказывал свою историю, до сих пор. Следопыт — единственный рассказ из первых рук о миссии ЮКСФ, появившийся почти за поколение. И это может быть последним. Девять человек. 2000 врагов. Никакого подкрепления. Никакой поддержки с воздуха. Никакого спасения. Никаких шансов…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Это было похоже на сцену из сериала «M*A*S*H».

Краем глаза я заметил фигуру, стоявшую у кровати. Он был одет в нечто вроде ужасно заляпанной грязью униформы и щеголял густой щетиной. Это был Стив. Интересно, какого хрена он здесь делал? Почему этот шутник и бездельник? Почему не Джейсон? Или Трикки?

Подошла медсестра. Я увидел, как загорелись глаза Стива. Они следили за каждым ее движением. Теперь я понял. Я точно знал, почему здесь был именно Стив, а не кто-то другой. Медсестры.

Я увидел, как медсестра начала срезать с меня одежду, используя для этого ножницы. Моя форма была порвана и пропитаны грязью, кровью и дерьмом, и она выбросила то, что от нее осталось, в мешок для мусора, стоявший рядом с ней. Она добралась до моих штанов, и мне удалось подать сигнал, что я хочу, чтобы она остановилась.

Она приподняла кислородную маску, чтобы я мог говорить.

— В меня стреляли … Несколько дней назад … Через штаны.

Мне удалось дать ей понять, что я хочу оставить

брюки себе. Каким-то образом, несмотря на полный бардак, в котором я находился, это было важно для меня. Это было единственное, что осталось у меня на память о миссии всей моей жизни, о самоубийственном бегстве на юг из Калат — Сикара, плюс к поясу была пришита моя шелковая карта побега.

Я попросил ее отдать их Стиву на хранение. Сделав это, я понял, что он меня не слушает. Он смотрел ей в лицо своим самым соблазнительным взглядом, говорящим «доверься мне и ложись в постель». Вот ублюдок.

Каким-то образом я просто знал, что больше никогда не увижу эти штаны. Если бы Трики был здесь, я бы поспорил на свою жизнь, что он вернул бы их домой с войны ради меня. Но не Стив. Он был там только ради одного — женщин. Я не держал на него зла. Он был тем, кем был. Как только медсестра ушла, Стив решил, что может уделить мне немного внимания.

Он неловко пожал плечами.

— Приятель, мне чертовски жаль, что я перевернул машину. Я не видел …

Я заставил его замолчать взмахом руки и жестом пригласил подойти ближе. Он приблизил свое лицо к моему.

— Это не твоя вина, приятель, — пробормотал я. — Мы оба пропустили обрыв. Никто не виноват. Ну, как там медсестры, ты, пижонский ублюдок?

Пара специалистов пришли поговорить со мной. Они объяснили, что они хирурги-травматологи, работающие здесь как резервисты Территориальной Армии. Они сказали мне, что я вернусь в Великобританию через двенадцать часов. Мои легкие были полны крови и воды, так что мне приходилось дышать кислородом. Они были здесь, чтобы откачать жидкость из полости моего легкого. Они вставили мне под правую подмышку какое-то большое игольчатое устройство и объяснили, что вода и кровь со временем откачаются.

Проходили часы. Меня поместили в какой-то кокон. Я вообще не мог пошевелиться. Там было действительно уютно

и тепло.