ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Верь мне, Автор - Константа Яна, , Жанр - Современные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Верь мне Константа Яна Верь мне, Автор - Константа Яна, , Жанр - Современные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. ПРОЛОГ — Признать Власова Максима Владимировича виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.131 Уголовного Кодекса Российской Федерации… Виновным… Железные прутья клетки дрогнули и начали плавиться на глазах, будто кто-то облил их жгучей едкой дрянью. Парнишка заморгал, прогоняя слезы, взгляд с упорством цеплялся за холодную железную перекладину — как матери в глаза теперь смотреть? Мама… — … назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок восемь лет с отбыванием наказания в исправительной… Сквозь безразличный голос судьи прорвался негромкий вскрик по ту сторону железной грани, что разрубила молодую жизнь напополам. Мама… Не плачь, мамочка, твой сын ни в чем не виноват! Мама… Не сдержался мальчишка, слезы беспомощно побежали по щекам. Страх, растерянность, непонимание и нежелание принять горькую правду этой минуты. Как же так? Как же теперь… Что будет теперь? Мама… — Так и надо гаденышу! — злобный возглас, брошенный полушепотом, пролетел сквозь решетку и вонзился отравленным кинжалом в помутившееся сознание. — Макси-и-им! К клетке, отгоняя охранников, рвалась поседевшая за несколько дней женщина. Мама… — Женщина, отойдите! Не положено, — двое парней, так

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Вот теперь действительно перейдена черта, за которой нет больше прежнего Максима Власова — есть живой мертвец, есть зверь, желающий от проклятой этой жизни лишь одного: найти всех тех, кто разрушил их с матерью крохотный мирок. Найти и уничтожить. Убить, растерзать, в пыль растереть точно так же, как это сделали восемь лет назад они.

— Макс, пойдем.

Олег подошел и крепко сжал плечо парня.

— Пойдем, хватит, слезами тут уже не поможешь.

Но Власов не слышит. Власов умирает, обезумевшим взглядом глядя на черный памятный камень с золотыми буквами, сложенными в имя матери… Этого имени здесь быть не должно! Матери здесь быть не должно! Она должна быть там, в их небольшой квартире, где по утрам пахнет блинчиками, где вечерами работает телевизор, радуя мать очередным стосерийным шедевром мыльной киноиндустрии… Она должна была ждать его, должна была верить: ее сын не подонок, ее сын ни в чем не виноват! Она должна была сегодня встречать его и плакать после долгой разлуки, причитать, как исхудал он, осунулся и… повзрослел. Она должна была накормить вкусным обедом после тюремной баланды, а потом, как в детстве, уложить его в теплую постель и накрыть мягким пушистым пледом… Залечить его раны. Собрать из кусочков растерзанную его, кровью истекающую душу… Посидеть с ним, поплакать, обнимая, рассказать, как ждала и скучала все эти годы, а потом пообещать, что теперь-то осталось

все плохое позади, что жизнь куда мудрее и сама рассудит, кто там прав был восемь лет назад, кто виноват, а у них же теперь начнется новая, счастливая жизнь… Так должно было быть.

— Макс, держись.

Олег и сам едва сдерживал слезы, глядя на печальную картину — он тоже прекрасно понимает, что должно было быть все совсем иначе. И Власов не видит, как побелели костяшки на пальцах блондина, не замечает, как страшно Сажинскому встретиться с ним взглядом…

Всю дорогу до дома Олега они ехали молча. Дождь усиливался — будет гроза, как еще вчера предупреждали синоптики… До противного скрежета дворников по стеклу нет дела никому. Сажинский молча следил за дорогой, а Власов и вовсе ничего не замечал — он мыслями рядом с матерью, живой и улыбающейся; он вспоминал голос ее, смех и ласковый взгляд… Он, ее единственный сын, был для нее всем. А она была всем для него. А теперь остались от прежней жизни лишь роковые золотые буквы на памятнике, холмик и букет завядших роз.

Через полчаса, а может, чуть больше, внедорожник сбавил скорость и свернул на проселочную дорогу — узкую, но кое-как заасфальтированную, а еще минут через пять притормозил перед высокими железными воротами рядом с охранным постом.