Приношу из кухни барный стул, забираюсь на него, достаю из ниши в потолке микро камеру, чуть вытягиваю руку, как бы рассматривая находку, а затем посылаю воздушный поцелуй, вновь улыбаюсь и бросаю камеру на пол, после чего спрыгиваю следом и раздавливаю чёрный квадратик ногой. После уничтожаю камеру на кухне, в прихожей, в гостевой комнате, санузле, большой просторной ванне, и напоследок оставляю спальню.
Уверена, Дамиан приказал установить самые лучшие камеры,
не только с максимальной чёткостью изображения, но и с идеальной передачей звука. Потому, вырывая последнюю камеру, с наслаждением падаю спиной на большую кровать, застеленную чёрным шёлком, вытягиваю руку над собой, понимая, что сейчас ещё больше будоражу мужчину и явно дико злю, наслаждаюсь произведённым эффектом и…
— Не хочу тебя разочаровывать, принижать мужское эго, но ты не первый мужчина, решивший поиграть со мной. Забудь обо мне, Лаврентьев, найди женщину более…покладистую, и…постарше, чем такая пигалица, как я, — вновь улыбаюсь, но уже незнанию мужчины моего истинного возраста. — Просто забудь. Мой тебе настоятельный совет. Ты ведь не хочешь проблем. И да, — вдруг продолжаю, хотя уже готова превратить в пыль камеру в руках. — Поговори с сестрой, иначе натворит девчонка дел. Шестнадцать лет, первая влюблённость, ммм… — блаженно прикрыла глаза. — Но лучше пусть она злится на тебя сейчас, чем потом уже ты будешь рвать волосы на голове и утирать слёзы родителям. Поверь, семья важнее, чем очередная пигалица в списке побед.
Щёлк.
Камера превращается между моих пальцев в мелкие крупицы, а на душе опускается
умиротворение.
Да, я нагло и открыто провоцировала мужчину весь наш разговор, но знала о козыре. О той, кто будет важнее меня. Мне удалось понять, что больше всего Лаврентьев любил свою сестру, очень бережно относился к ней, практически во всём потакал, и настолько терял с Евой бдительность, что не замечал свои собственные черты характера в близком человеке. Девчонка была ещё той занозой в заднице. Взбалмошная, дикая, с твёрдым стержнем и какими-то глупыми амбициями уделать нос брату. С одной стороны понимаю её, хотела быть независимой, показать, что сама способна решить любую проблему и выиграть куш в этой жизни. А с другой — осуждаю, ведь своё «Я» девчонка ставила превыше семьи, не понимая, как на них скажутся все её выкрутасы.
Но и Дамиан виноват. Дал девчонке много свободы, потакал ей, не смел отказать, так пусть теперь и мучается, а не охотится на девиц.
2 ГЛАВА
С самого утра меня всё раздражало.
Солнце ярко слепило, а стоило занавесить шторы в кабинете, и раздражала темнота. Кофе чрезмерно горький, секретарша своей идеальной исполнительностью вызывала зубной скрежет, малейший звук злил.






