Успокойся, пожалуйста, - поморщилась я, и кивнула мужчинам: - Здравствуйте.
Одного из них я видела на каком-то приеме – вроде это юрист. Второй мне незнаком. Оба они смотрятся в больничной палате чужеродно – сухощавые, будто припыленные мужчины в деловых костюмах. Тогда как оба мы с Ильей выглядим так, что краше
в гроб кладут.
– Андрей, дай ей бумаги, пусть распишется.
– Вот, - знакомый мне Андрей встал, уступая мне стул, и протянул планшетку и приличную кипу бумаг. – Распишитесь на каждой странице внизу, на первой и последней в каждой подшивке нужны еще расшифровки подписей.
Я монотонно кивнула, и честно постаралась вчитаться в текст. Но буквы расплываются перед глазами, разбегаются, как насекомые. Зажмурилась, постаралась еще раз, и поняла, что я даже один абзац не осилю.
– Может, потом подпишу?
– Сейчас, - сказал Илья.
– Я прочитать не могу, мне плохо.
– Ты же таблетки выпила, - вызверился муж. – Так какого хера тебе плохо? Я сказал уже, что в бумагах ничего такого. Просто по документам ты теперь владелица почти всего, что у меня есть.
– Но…
– Саша! Если я захочу, ты подпишешь любые бумаги, ясно? Я и скрывать не стану ничего. Любое признание могу заставить подписать. Что ты – убийца, что наркотой барыжишь. Надо будет – я и такие бумаги получу от тебя, - прошипел Илья. – Посыл поняла? Мне нахер не надо тебе сказочки рассказывать. Просто возьми ручку, и подпиши бумаги.
Илья прав. Захочет – заставит, и ничего я не смогу
сделать. Просто потому что слабее. А значит… значит нужно просто подписать эти чертовы бумаги, и идти спать. Иначе я просто свалюсь.
Я, чуть сощурившись, чтобы хоть строчки видеть, поставила в нужных местах кривоватые из-за дрожащей руки подписи и расшифровки, дождалась, пока второй мужчина поставит печати, и молча вышла из палаты.
Илья меня не стал задерживать.
– Надо найти Дениса. Он хотел сказать мне, - пробормотала я. – Он что-то хотел ответить.
Он не стал бежать, хотя я ясно объяснила, что ему нужно уходить. Решил остаться со мной? Но ведь он не сказал мне, что примет этого ребенка. Может, поговорил с Егором, как-то убедил его молчать, и ушел? И не вернется?
Надо найти. Его или Егора. Хоть кого-то. А потом идти спать.
– Надо найти…
– Александра, - мне положили теплую ладонь на плечо, придерживая меня, - вы
почему по коридорам разгуливаете? Живо в палату.
Я обернулась, и увидела знакомого врача, который тут же положил одну ладонь мне на лоб, а второй рукой сжал запястье.
– У вас лихорадка. Пульс зашкаливает. Идемте, милая, - он приобнял меня за плечи, подталкивая в противоположную сторону от той, куда я направлялась.
– Но я…
– Все потом. А туалет у вас в палате есть. Мария, - крикнул врач медсестре, - за мной идите.
Меня, не слушая никаких оправданий, завели в палату, и почти насильно уложили в кровать.






