Его запах — пьянящий и дурманящий — ударил по мне, когда тело возбудилось так, что пугало.
Я отступила. Глаза Райдера округлились, а затем сузились, оставаясь прикованными к моим.
—
Если ты действительно хочешь, я подержу Эдриана, чтобы ты могла убить его, Питомец.
— Я хочу домой, — прошептала я дрожащими губами. — Просто хочу уйти отсюда со своими друзьями. Отпусти нас, и я сделаю всё, что захочешь.
— Как насчёт того, чтобы дать мне несколько ночей, чтобы показать, кто я. После, если ты всё ещё захочешь вернуться домой, я позволю тебе уйти.
— В какую игру ты играешь? — спросила я, внимательно наблюдая за ним, пока проигрывала его слова, убеждаясь, что он не пытается манипулировать или обмануть меня.
— Я отведу тебя и твоих друзей к порталу. Я позволю уйти от меня, если будешь хотеть этого, после того как я напомню, кто ты и что я для тебя. Дай мне несколько ночей. Это мои условия.
— Ты собираешься изнасиловать меня, если я соглашусь?
— Я никогда не насиловал тебя и не заставлял трахаться. Я люблю тебя, женщина.
— Мне казалось, что Фейри не могут лгать? — проговорила я, наклоняя голову и закусывая нижнюю губу, что заставило его опустить глаза к моему рту.
Улыбка Райдера стала натянутой. Он напряжённо наблюдал за мной, а я терялась в глубинах его глаз, не в силах отвести взгляд. Он не ответил, и я мысленно стряхнула с себя оцепенение, в котором меня заперло его совершенство.
Я посмотрела на свою команду, которая зависела от меня, чтобы вытащить отсюда. Ну, то, что от команды осталось, вот и всё. Они все ободряюще кивнули мне, и я уставился на них.
Ублюдки.
Конечно, они согласились бы использовать меня в качестве приманки ради свободы. Они понятия не имели о вызванной сексом тупости, которую этот придурок создавал во мне. Моя вагина была напряжена и звала его член поиграть в прятки.
Переведя дыхание, я неохотно подняла два пальца.
— Два дня.
— Я не веду переговоры, Синтия. Потому что ты чертовски упрямая.
— Тогда сколько дней я должна оставаться с тобой?
— Одна неделя. В конце недели, если ты не полюбишь меня снова или не вспомнишь, кто я, можешь уйти. Чёрт возьми, когда ты вспомнишь, кто я, ты, всё равно захочешь уйти.
— Почему? Если я действительно любила тебя, почему бы захотела уйти, Райдер? — Я положила руку на бедро, наклонила голову и осторожно посмотрела на него. Его зрачки сузились, когда его имя слетело с моего языка. Его слова были наполнены эмоциями.
— Потому что я здорово облажался с тобой. — Он поднял руку, чтобы коснуться моего лица, но отстранилась и вздрогнула. — Я оставил свою самую большую любовь в яме, полной монстров, и она вышла из неё той, кто даже не помнит меня. Я больше не уверен, что заслуживаю её любви.
— Какого чёрта так поступать с тем, кого должен любить? Ты грёбаный мудак.






